На Сергея чары Ванессы не действовали, поэтому развод он воспринял как освобождение и некоторое время не то что думать о браке не мог, а и вовсе смотреть на женщин. Лишь Сю являлась к нему во сне и возбуждала желание. Он часто вспоминал детство, прокручивая эпизоды из прошлого.
Сю жила в доме напротив. По вечерам, испытывая страшные угрызения совести, Сережа доставал телескоп, подаренный дедом за отличные отметки, и подглядывал за Сю в окно. Сквозь тюль в электрическом свете ее фигурка казалась божественно привлекательной. Дома она носила линялый ситцевый халатик в мелкий цветочек, скручивала волосы у лба в дурацкий пучок, как единорог, любила поваляться с книжкой на диване, закинув босые ноги на спинку, вечно что-то жевала, совала в карманы халата огрызки от яблок, подолгу мешала ложечкой чай и некрасиво чесала свой идеальный нос.
На выпускном бале Ксюша неожиданно пригласила его на танец. К концу обучения Сережа подрос, вытянулся, стал ниже Сю всего на одну голову, а его курносый нос зрительно уменьшился в размерах. Поэтому Шахов решился и на негнущихся, как Буратино, ногах провел свою даму в центр зала. «Вы шумите, шумите, надо мною березы»… – завывали «Сябры». Со стороны их пара смотрелась забавно, ехидные смешки сыпались отовсюду, но Сю на насмешки не обращала внимания. Она наслаждалась танцем и, не смущаясь, прижималась к нему своим длинным и таким желанным телом.
Несмотря на свою внешнюю неуклюжесть, Ксюша танцевала на удивление хорошо. Она тонко чувствовала музыку и не сопротивлялась, когда Сергей ее вел. Как же ему не хотелось, чтобы медленная песня закончилась, но все оборвалось. Диджей врубил Пугачеву, «Волшебник-недоучка». Народ взревел хором: «Даром преподаватели время со мною тратили»… – и ломанулся на танцпол.









