Шарф Айседоры

Зачем, спрашивается, она деньги у Пашки заняла? Лежали теперь мертвым грузом и на нервы действовали. А так хотелось швырнуть их режиссеру в лицо, неважно, платил он за поездку из своего кармана или нет! С другой стороны, она была рада, что Варламов остался в Европе: с глаз долой, из сердца вон. Глупо было рассчитывать на счастье. Знала ведь, что Варламов за человек, на что рассчитывала, дура? Даже если бы не обнаружила она несчастного Минасяна в шкафу, все равно ничего бы у них с Иваном Аркадьевичем не получилось. Все к лучшему, уговаривала себя Елена Петровна и все никак не могла уговорить.

Забыть Варламова тоже не получалось. Дело об убийстве Марины Гольц постоянно о нем напоминало. Зотова торопилась его закрыть и передать в суд как можно быстрее.

– Проверьте, пожалуйста, все ли в порядке с вещами. Все ли вещи, которые мы изымали, здесь присутствуют, – Елена Петровна положила перед сестрой Гольц пакет. На Алику страшно было смотреть. Она и раньше была худенькой, а сейчас от нее остались лишь глаза. Да, Шахов оказался прав, они были с сестрой одним целым организмом, сейчас Алика угасала на глазах без своей половинки, и вряд ли кто-нибудь окажется в состоянии ей помочь.

Только время способно такое вылечить.

– Зачем, я вам верю, – вяло сказала Алика.

– Так положено, – мягко попросила Зотова.

– Спасибо вам, что нашли эту сволочь, – прошептала Алика, аккуратно выкладывая вещи на стол и нежно их поглаживая.

– За что он Марину убил? – Алика подняла на Елену Петровну больные глаза.

– Все очень сложно. Минасян в данный момент в институте Сербского, где эксперты пытаются понять мотивы его поступков. Дело в том, что, по версии следствия, Минасян не отдавал отчета в своих действиях, когда убивал вашу сестру.

Он находился в сомнамбулическом сне. Однако сам обвиняемый это отрицает, уверяет, что совершил преступление, осознавая, что творит. При этом обвиняемый не может объяснить толком, как убивал. Его показания не стыкуются с заключением судмедэксперта.

– Зачем вы мне все это рассказываете? – спросила Алика.

– Чтобы вы поняли: Минасян намеренно вводит следствие в заблуждение, потому что искренне раскаивается в совершении преступления и хочет понести суровое наказание за убийство вашей сестры, – попыталась хоть как-то утешить женщину Зотова, но Алика, кажется, больше не слушала ее, ушла в себя и отрешенно перебила вещи сестры.

– Это мы вместе с Мариной купили, – достала она джинсы. – Она еще ругалась, что попа у нее в этих штанах большая. Я ее уговорила. Потом Марина эти штаны не снимала почти. А свитерок я привезла ей из Франции. Мы все время собирались с ней вместе поехать, но никак не получалось выбраться. Мечтали побродить по улочкам вдвоем, посидеть в кафешках, поболтать спокойно, полюбоваться на Сену.