9
0Она меня дёрнула так сильно, что у меня пальцы разжались, и коробка выскользнула из рук. Она ударилась об асфальт, и крышка слетела, показывая нутро из дорогих подарков в виде духов и косметики.
Антонина закатила глаза.
— Вот вот, посмотрите, посмотрите, люди добрые, что происходит? Спит с одним, встречается с другим. Детей рожает от одного, а гулять ходит со вторым. Вы только посмотрите. И это ещё мать семейства называется. Мать семейства, которая могла ещё чем-то попрекнуть меня.
— Отпустите меня, не трогайте!
Антонина вцепилась в меня такой мёртвой хваткой, что у меня даже кожа начала синеть на запястье. Я дёрнула руку на себя, стараясь вырваться, но вместо этого Антонина меня потянула к себе и заставила оступиться, задев туфелькой край коробки под ногой. Что-то хрустнуло, и я поняла, что наступила на флакон с духами.
Антонина зло захохотала.
— Вы посмотрите, какая дрянь. Вы посмотрите! — на нас оборачивались люди. Я не могла понять, почему никто никак не реагирует. Видно же, что беременную женщину пытаются ударить, пытаются унизить, пытаются довести до истерики.
Почему никто не реагировал?
Зоя дёрнулась вперёд.
— Мам, прекрати, мам, он с тебя кожу спустит. Мам, успокойся, пожалуйста, мам, ничего не случилось.
— Иди отсюда. Сама легла, а потом матери все расхлёбывай, что о нас скажут родственники? Что о нас скажут соседи. Да он за нос тебя водит своими рассказами о том, что уйдёт от жены. Никуда он не уйдёт, а эта дрянь вон с другим гуляет.
Подарки ей дарят.
— Пустите меня немедленно. Я вызвала полицию, — в этот момент Антонина
взвизгнула и резко дёрнула меня в сторону. Был край тротуара, поэтому я оступилась, и нога подвернулась, каблучок попал в решётку, куда сливались все дождевые воды.
Я взмахнула руками.
Вместо того, чтобы как-то удержать меня Антонина со злым выражением лица, с гримасой отвращения, толкнула меня в плечо, и меня откинуло назад.
Я понимала, что что-то происходило страшное, и в этот момент взвизгнули тормоза.
Удар снёс меня с ног.
Боль укусила щиколотку.
Я не понимая, что происходило, стала заваливаться.
Асфальт встретил холодом.
Живот весь сковало судорогами:
Внедорожник влетел в меня, откидывая на несколько метров вперёд.
По коже прошелся тёркой асфальт, сдирая её чуть ли не до костей.
Я взвизгнула, стараясь свернуться, сжаться, чтобы не пострадала моя девочка, чтобы ничего не произошло.
Но было очень поздно...
Дикая боль прострелила спину и ударила в низ живота.
27.
Варя
Боль скручивала все тело и такое чувство, как будто бы дробила кости на куски.— Мама, что ты натворила?
— Иди сядь в машину, дура!
— Мама, она же сейчас помрёт.
— Иди, сядь в машину, я тебе сказала.
