9
0Он чуть ли не залпом выпил и тяжело произнёс:
— Мы с Линой поедем, наверно, домой. Она очень сильно переживает."
"— Ноя как? Я как? — беспомощно спросила я, ощущая страх от того, что Лина могла ко мне не вернуться, что она могла остаться навсегда с Олегом, и это означало, что я больше не увижу свою дочь.
Олег склонил голову к плечу и тяжело вздохнул.
— Варюш, сейчас будет лучше, если мы с ней уедем, она не успокоится. Она будет мотать тебе нервы. Я хотя бы не беременный, — выдохнул Олег и сделал шаг ко мне. Я находилась в таком состоянии беспомощности, что даже позволила ему прикоснуться к своим волосам, а потом его пальцы провели мне по лицу тонкие линии, и муж вынудил меня поднять подбородок. — Варюш, успокойся, все будет хорошо. Она переживёт этот момент со мной. Пусть лучше она меня и дальше кусает. Пусть лучше она дальше орёт на меня. Пусть она меня проклинает. Лучше я чем ты. Понимаешь?
У меня затряслись губы. На самом деле я понимала, что Олег в какой-то степени поступал очень благородно, принимая на себя весь огонь. С другой стороны, меня.
раздражало, что мы все оказались в этой ситуации из-за того, что Олег вовремя не смог остановиться и по справедливости, да, он сейчас должен был успокаивать ‘дочь. Но мне было страшно, что она больше не вернётся ко мне.
— Не плачь, — сказал тихо Олег — Я её заберу, и все будет хорошо, давай так сделаем?
Я нервно кивнула. И он, ничего не сказав, развернулся и пошёл в коридор, стукнул по двери детской, приоткрыл дверь, крикнул Женьке о том, что они поехали. Женя что-то ответил. Я даже не смогла разобрать, что именно. А когда вышла в коридор, Лина насупленная, уже стояла со своим рюкзаком.
— Ты ещё приедешь ко мне? — спросила я хриплым голосом, ощущая как сердце затормозило и остановилось в ожидании ответа.
26.
Варвара
Когда за Олегом и Линой закрылась дверь, я бессильно прижалась плечом к стене.
Слезы кипели на глазах, и хотелось просто забыться.
Дверь детской скрипнула, и сзади раздались тихие шаги. Женя подошёл и положил мне на плечо ладонь.
— Теть Варь, все будет хорошо, не расстраивайтесь, пожалуйста.
Я судорожно кивнула и зажала пальцами нос, чтобы унять противное свербение внутри.
— Просто мы же не все понимаем, — тяжело вздохнул Женя и, приобняв меня, развернул в сторону зала, довёл, посадил на диван, а сам медленно прошёл в кухню и снова включил чайник. — Знаете, когда мне было, наверное, лет восемь, я только так отцу нервы мотал, а ещё же тогда в школу пошёл, и мне казалось, что у нас семья какая-то неправильная, раз мать я почти не вижу все время, отец, бабушка и няня только. И я мало того, что не понимал, я был ещё очень злым и постоянно высказывал ему о том, что зачем ты меня забрал. Лучше бы я жил с мамой. Мама, у меня лучше. Ты плохой.
