9
0Варя за этим за всем сама следила всегда, что у меня появлялось на полке, тем пользовался, а вот её аромат разделял, знал, слышал апельсины и базилик, сладость, сочность цитрусовая с горьковатой нотой пряности. И от этого запаха осталась одна подушка.
Утром, когда я пытался заварить себе кофе трясущимися руками, телефон завибрировал, номер следака высветился.
Я закатил глаза, принял вызов.
— Добрый день.
50.
Варвара
Было все странно, ново и пугающее.
Я реально не понимала, что моё подсознание кричало и выло волком из-за того, что Олег уехал. Я не понимала, как будет страшно, когда за ним закроется дверь, и я останусь одна с двумя детьми на руках.
Мне и с Линой тогда было страшно, но с Катей вдвойне страшнее, потому что она родилась при очень тяжёлых обстоятельствах. Она была крохотная, она была маленькой, она плохо кушала. И первую ночь я провела в какой-то агонии.
Я не спала, постоянно вздрагивала, соскакивала, подходила к кроватке, и из-за этого Лина тоже плохо спала, часто открывала глаза и спрашивала.
— Мам, ну что там? Как Катюша.
Все было хорошо.
Я понимала, что меня отпустит и на самом деле с ребёнком меня отпустило.
Меня оказывается не отпустило с тем, что и на следующий вечер приехал Олег.
Опять его было очень трудно выставлять за дверь."
"Я чувствовала угрызение совести от того, что не давала ему быть рядом с детьми, причём я это делала не из какой-то вредности.
Я это делала просто потому, что понимала, что, если он будет оставаться, я расслаблюсь.
Я привыкну.
Мне будет ещё тяжелее потом признать, что мы в разводе.
Это будет так тяжело, что проще лишиться руки, ноги.
— Тебе не звонил невролог? — через пару дней так же вечером, после работы, уточнил Олег, качая Катю на руках
Да, я говорила, что он не будет видеться с Катей, потому что он с детьми может проводить время только на его территории. Но трусливая часть меня, малодушная такая каждый раз перехватывала управление и шипела мне на ухо о том, что я неблагодарная, что моим детям не достался плохой отец, а я лишаю их хорошего.
И отчасти это было правдой.
У Олега не было каких-то отрицательных качеств, что дети с ним не могли бы видеться, нет. Он знал, как держать детей. Он знал, о чем с ними можно говорить. У него была авторитарная модель воспитания, но мне казалось, что в современном экологичном мире, где ребёнка лишний раз пальцем нельзя тронуть, именно такие, как Олег, смогут вырастить адекватных людей. И все это понимая, я корила себя за то, что не давала нормально общаться ни Лине с ним, не видеться с Катей и поэтому скрипела зубами каждый вечер, но все равно открывала дверь.
— Нет, ещё рано, — сказала я и судорожно вздохнула.
— Пока я здесь, поспи...
— А потом что я делать буду?
— Такты и ночью все равно не спишь, Варя.
