8
0А знаете почему? Вложиться-то вы вложились, только муж ваш за два года, пока клиника строилась, успел порядком мне задолжать. И долги эти оформлены документально.
– А откуда долги? Что-то со стройкой было не так, не хватило денег, и вы дали больше?
– Если бы... Нет, не так всё радужно. Артур, оказывается, любит играть в азартные игры. Уже год как. Подсел ваш муженёк на них! Да так, что теперь за уши не оттащишь! Ребята с казино его за задницу взяли, чуть яй… – не договаривает слово, видимо, вспомнив, что ведёт диалог с женщиной, – мужские органы не отрезали. На счётчик жёсткий посадили с дикими процентами. Он ко мне приполз пару месяцев назад, чтобы я его выручил.
– А клиника здесь причём… – уже догадываюсь, что он мне скажет.
– При том, что денег я ему дал, занял, а рассчитываться он собирался с прибыли этого мероприятия, – обводит рукой мой кабинет. – Но раз вы уходите, и клиника нормально работать не будет, значит с тобой, – кивает моему мужу, – я отзываю все договорённости о «подождать». Гони долг!
– Но вы же знаете… – блеет теперь Артур, – у меня…
– Знаю: сейчас нет! Но есть эта доля. Она и будет покрывать твои долги передо мной. Ну, из такого диалога вам всё понятно, Марта Викторовна? Кто, кому, что и откуда. Или ещё пояснения нужны? – Воронов смотрит на меня, я смотрю на мужа, а мой муж смотрит на его дочь.
Та еле заметно улыбается ему в ответ, полагаю, в качестве поддержки, и он следом переводит взгляд на меня, словно вспомнив, что я вообще здесь стою.
После такого заявления – открытия наступает молчание.
Две новости, от которых мой мозг просто взрывается в ужасе – это как-то уже перебор. Я не была готова ко второму потрясению за день. И эта новость теперь похлеще измены кажется.
– Сколько ты ему задолжал? Это действительно равно нашей доле?! Общей? Говори, – практически срываюсь на крик.
– Успокойся, – пытается взять меня за руку, но я отдёргиваю её. – Дома поговорим.
– Убери свои руки и никогда больше меня не трогай!
Я не позволю ему больше прикасаться ко мне после того, что я увидела и услышала сегодня. Он убил во мне всё, что жило ещё утром и казалось незыблемым. Без оружия, кстати, убил всего лишь несколькими мерзкими поступками и словами.
– Нет, разговаривай здесь, при мне, при жене своей, любовнице ... Я тоже хочу послушать, как ты ей в уши будешь лить сладкий мёд и обещания давать, что всё решишь. Это же самое с моей дочкой делал, да? А эта дура повелась?
Глава 7.
Глава 7.
Жду его ответа. Мне становится в этот момент совершенно неважным, что нас окружают чужие люди. Мне главное – сейчас понять сколько мы должны Воронову. А потом надо думать, как из этой ситуации выходить.
Игрок… Мой муж играет в азартные игры. Сейчас закричать хочется, что Воронов врёт, но я же понимаю, что нет.
