9
0
А дальше в течение нескольких дней в качестве кулинарной атаки в ход идут пицца, солянка, и прочие вкусные блюда, которые он обожает.
Только теперь я всё отношу на работу и угощаю коллег. Кроме него, естественно.
Просьбу Белова я не выполнила. Я не только не обратилась к Воронову, чтобы облегчить Вороновой младшей жизнь. Напротив, я думала о том, как сделать её ещё тяжелее. Издеваться в пределах квартиры мне стало мало. Теперь я хотела задействовать и работу.
Нахожу повод для того, чтобы Воронов приехал в клинику. Для этого придуманы важные вопросы, не требующие отложения в решении.
Мою служебную врачебную одежду сменяют красивые платья. Не кричащие, но безупречно сидящие по фигуре, подчёркивающие изгибы в нужных местах, и мягко скрывающие то, что не хотелось выставлять напоказ.
Я знала, что Александр Николаевич заметит изменения. И он замечает… Ещё как замечает...
В то время, когда приезжал Воронов, Белова к себе в кабинет я вызывала обязательно. Он же сособственник! Как же мы без него в решении важных вопросов?!
И вот мы втроём: я за своим столом, Воронов напротив, а Белов рядом.
Воронов расслабленный, но с тем самым взглядом, от которого по спине пробегает горячая дрожь. А Белов сжатый, как пружина, готовый сорваться в любой момент...
Александр Николаевич сидит, откинувшись в кресле, и смотрит на меня глазами голодного зверя, который хочет съесть меня. Но не от злости, а от желания.
Белов видит этот взгляд и бесится. Но Воронову замечание о его похотливом взгляде в мою сторону сделать не может, ведь тот формально тот ничего не нарушает.
Не говорит лишнего, не переходит границ приличия, не делает комплиментов. Просто… смотрит. Но как смотрит…
Даже при условии того, что я понимаю: это наша игра перед Беловым, у меня всё равно сердце бьётся диким ритмом от этого взгляда.
Ещё две недели пролетели как одно мгновение. Дома обстановка всё тяжелее.
Догадываюсь: скорее всего, всё, что бесит и злит Белова, он теперь несёт домой к любимой женщине. Пусть несёт, ещё дров могу подкинуть в его пламя возмущения и недовольства.
Скандалы в нашей квартире стали почти ежедневными."
"Признаться, думала, что ситуация, в которой я нахожусь, будет меня тяготить, но, на удивление, нет. Она, скорее веселит.
Всё потому, что я отключила все свои чувства и знаю, какая цель у меня впереди. И это придаёт мне сил.
Уверена, осталось ждать недолго. За это время в их отношениях многое изменилось, и это трудно было не заметить.
В очередное утро замечаю кастрюлю в раковине, на дне которой красуется пригоревшая каша.
Беру кастрюлю себе и начинаю также варить кашу. Замечаю краем глаза, как Артур смотрит на неё с какой-то особой тоской.
– Марта, а ты не могла бы готовить как-нибудь и для меня? – неожиданно спрашивает меня Белов.
