Связной

При воспоминании о времени, проведенном в Люберцах, губы фон Ризе непроизвольно разошлись в сладкую улыбку. Ему было что вспомнить. Например, девушку по имени Настя: двадцатилетнее чудо со светлыми волосами и голубыми глазами. Возможно, что в ее жилах текла арийская кровь, если не так, тогда откуда у нее такие ясные и выразительные глаза?

Рихтер познакомился с Настей в двадцать седьмом году, будучи двадцатилетним юношей, когда приехал в Люберцы к своей бабушке, бывшей камер-фрейлине императрицы Марии Александровны, жены Александра II. Выпускница Смольного института, она со скрытой гордостью рассказывала о том, что для императорского дворца их отбирал сам император, и, судя по его доброй улыбке, она ему очень приглянулась. С кокетством, свойственным даже женщинам в возрасте, бабушка поведала о том, что Александр II любил поволочиться за молоденькими фрейлинами, и окажись она менее строгих нравов, так вполне могла бы занять место его второй жены Екатерины Михайловны Долгоруковой или, по крайней мере, была бы его фавориткой.

Уже давно не было бабушки, скончавшейся в Париже в июле тридцать четвертого, и сам он уже далеко не тот, каким был шестнадцать лет назад. Но время так и не сумело стереть воспоминание о белокурой девочке с голубыми и ясными глазами, с которой он прогуливался по Томилинскому парку и, сидя на посеревшей от времени скамейке у небольшого озера, заросшего по берегам густым камышом, наблюдал за милующимися лебедями.

Интересно, где сейчас Настя?

В какой-то момент, поддавшись минутной слабости, барон хотел дать задание резиденту разыскать свою первую любовь, но потом раздумал: война не самое подходящее время, чтобы из-за личных интересов рисковать особо важным агентом.

Для предстоящей встречи агента и резидента подойдет Томилинский лесопарк, где никогда не бывает много народу. Подумав, приписал:

«…Ваша встреча должна состояться в следующую среду в шесть часов вечера у входа в Томилинский лесопарк. Ваш пароль: “Вы можете разменять три рубля?” Ваш ответ: “Разве только мелочью”. Если по какой-то причине встреча не состоится, то она должна произойти в субботу. Радист надежен. Юпитер».

Сложив письмо в конверт, барон Рихтер фон Ризе вызвал секретаря.

— Вот что, любезная Хельга, отдайте это сообщение в шифровальный отдел.

— Слушаюсь, господин штандартенфюрер, — произнесла шарфюрер СС Штайнбауэр. И, забрав пакет, немедленно удалилась, высоко подняв хорошенькую головку."

"Сегодня был вторник. Вполне достаточно времени, чтобы шифровка дошла к положенному сроку. Агент, работающий под Костромой, просил выслать для вербовки сто пятьдесят тысяч рублей и батареи для рации.