Ему засчитали все его положительные моменты, - сам пришел, спас некоторое время назад омег, не проявлял агрессии, несовершеннолетний, - и исходя из этого определили и статус, и ореол обитания.
Да еще свежи раны и шрамы не затянулись. Да, мир еще лихорадит от воспоминаний. Но! Мир ощутимо поворачивает лицо на проделанное и содеянное несколько лет назад зло. Мир содрогается от боли, мир ощущает запреты сил, запреты на лишение жизни, на вырывание из ковра энергетического потока планеты живые души. Сама Деямерра не может лишаться идущих своей судьбой душ, не может лишаться судьбы зверей и их не пройденный путь.
Итан помнил рассказы дедов, о том, что раньше войны и мелкие стычки были только из-за сильных омег, но никак не из-за странных ценностей. Никогда деямерриты не думали о том, что их кто-то из сильных особей намеренно зажимает, всегда инстинктивно занимали свои ниши, знали свои силы. Но пришли иномиряне, пришли и показали свои правила и ценности, а доверчивые коты поверили, приняли большую часть их жизненного опыта. Только, как говорили старики, этот опыт полезен "пустым" и не слушающим свою душу оболочкам.
Итан посмотрел на свои руки. Он, как и все деямерриты, раза в два сильнее этих пустых существ.
Иномиряне принесли много хорошего и принесли самую огромную беду, какую только могли представить люди-оборотни. Они принесли им войну, открытую и закрытую. И теперь Деямерра трижды подумает, прежде чем принимать на своих землях чужаков, пустых и жаждущих все разрушить в своей извечной гонке за тем, что блести, что лежит не так, что им не принадлежит.
Выдохнув, Итан умом понимал, что тот ужасный шаг по радикальной чистке рядов был необходим.









