13
0Вот вы же ученый, знаете, как люди нетерпеливы и не любят копаться в архивах. А он не такой был. Что же мне теперь с его папкой делать? Это же не единица хранения.
– А давайте я ее отдам матери Петра Степановича, – предложила Саша.
– Да, я у нее комнату снимаю. Сначала сама посмотрю, вдруг там что-то полезное есть. Для диссертации моей, – вовремя вспомнила про легенду она. – А потом отдам Анне Ивановне. Будет ей весточка от погибшего сына.
– Да, конечно. Я сейчас найду и принесу, – согласилась Ольга. – Мне она точно не нужна.
Саша погрузилась в метрические книги. Их было много, а она не очень представляла, с какого года начинать. Нет, такими темпами она не то что за четыре, даже за двадцать четыре часа не управится. Настроение у нее испортилось. С чего она вообще взяла, что сможет с наскока собрать информацию, на которую у Петра Вершинина ушло несколько месяцев? Кстати, интересно, сколько времени он ездил в архив.
Этот вопрос Саша задала вернувшейся Ольге. В руках девушка держала коленкоровую папку, перехваченную резинками. Довольно тощую.
– Петр Степанович приезжал два раза в неделю на протяжении шести месяцев, – охотно пояснила Ольга.
– Нет у меня шести месяцев, – вздохнула Саша. – Но, может быть, его материалы мне помогут.
Она забрала коленкоровую папку и откинула резинки. Сверху лежала ксерокопия газетной страницы. Газета называлась «Уездные ведомости», и в ней была маркером очерчена заметка. Она сообщала, что священник церкви Петра и Павла известил о кровосмесительной связи крестьянки Марфы Якуниной с ее свекром Григорием Никифоровичем, от которой родился младенец женского полу. Саша посмотрела на дату. 1841 год.
Ну да, видимо, это и есть дочь Глафира, ставшая впоследствии каким-то чудом женой влиятельного графа, владельца усадьбы Румянцевых. Отложив газетный листок в сторону, Саша быстро нашла метрическую книгу церкви Петра и Павла за 1841 год. Ей понадобилось пятнадцать минут, чтобы найти в ней запись о крещении девочки Глафиры Якуниной, рожденной крестьянкой Марфой Якуниной. Да. Пока все правильно.
Следующая газетная ксерокопия в папке объясняла, как Глафира вышла замуж за старого графа. В ней под рубрикой «Светские сплетни» рассказывалось о неслыханном скандале, приключившемся в 1861 году. Граф Алексей Румянцев, будучи пятидесяти трех лет от роду, сочетался законным браком с крестьянской дочерью Глафирой Якуниной, которой на тот момент не исполнилось еще и двадцати лет. Светское общество, в отличие от церкви, не одобрило этот мезальянс настолько сильно, что граф на какое-то время стал парией. Что ж, неудивительно.
