Одна смертельная тайна

Вон, там в отдалении, видите, домик? Это утиная баня.

– Ну да. Купаться утки должны как можно чаще, от этого зависит их благополучная зимовка и подготовка к охоте весной. Раз в неделю мы их туда заносим, наливаем воду в корыто, даем возможность принять ванну, а потом оставляем в теплом помещении, пока они полностью не обсохнут, и только после этого относим в сарай.

– А в сарае они живут?

– Да. Мы их вместе держим. Там лазы есть, через которые они могут свободно выходить и заходить обратно, когда им этого хочется. А гнезда внутри они сами себе строят. Моя задача – обеспечить их водой и едой. Утки очень любят пить, поэтому у нас автоматические поилки стоят. Ну, и зимой они еще и снег едят. Тоже вода. Только замерзшая.

Саша, к своему удивлению, слушала внимательно, потому что ей было неожиданно интересно.

– Зерно. Пшеницу, там, или просо. Два раза в день я им его в специальные кормушки насыпаю. А раз в неделю в этот рацион добавляется капуста, морковка, свекла или рубленая зелень. А иногда еще и творог, измельченное мясо или рыба.

– Да ну? – не поверила Саша. – Я всегда считала, что птицы только зерно едят.

– Нет. Это у плохих хозяев только. А мы – хорошие, – с горячностью делился Миха. – А самое вредное – это птиц хлебом кормить. От него у них заворот кишок случается. Так что хлеб им ни в коем случае не давайте.

– Да у меня и нету, – заверила Саша.

– Подстилки я им раз в несколько дней меняю. Солому используем, сено, стружку. А еще тазы ставим с гравием, крупнофракционным песком и известью. Это от паразитов и для переваривания пищи.

– Да у них тут, как в хорошем санатории.

– Ну да. От содержания птицы ее рабочие качества зависят. У нас содержание на уровне, поэтому и манная охота – одна из лучших в стране. Самая лучшая, – горделиво поправился Миха. – Ладно, заболтался я с вами. Вы тут погуляйте, птиц покормите. Если хотите, их погладить можно, только аккуратно.

– Да. Даже приветствуется. Манная птица должна охотно в руки идти. Так что это для них дополнительная тренировка. А я быстро. Работу поилок проверю, корма задам и обратно пойдем. Подстилки я вчера менял, пока не надо.

– А как ваша должность называется? – полюбопытствовала Саша.

– Егерь я. Обычный егерь, – улыбнулся Михаил. – С тех пор как база открылась, так и работаю. Это спасение, конечно. Тут ведь никакой работы, почитай, нет. Правда, и работников немного.

– Да, мне Марина говорила, что персонал сменами завозят.

– Ага. Только я один местный.

Саше стало интересно, где работал Миха до того, как бизнесмен Аржанов построил базу. Не у матери же на шее жил. Спросить или неудобно?

Ее провожатый как будто читал мысли.

– Я после школы отсюда уехал же. В Санкт-Петербурге жил, – пояснил он. – А потом вернулся, потому что мать болела сильно.