Одна смертельная тайна

Четыре в этом здании, еще столько же в гостевых домиках. И зверья для охоты поменьше. В основном дичь. Ни тебе кабанов, ни оленей с косулями.

– А в «Медвежьем углу», получается, все это есть?

– Есть. И медведи есть, и лоси. Там уж охота так охота. А к нам приезжают любители птиц пострелять. У них капризов меньше, так что и нам доплата за вредность не идет. В прошлом году мне дважды посчастливилось в «Медвежьем углу» побывать, а в этом я сюда снова попросилась.

Странно. Зачем, если в «Медвежьем углу» платят больше?

– Ну ничего. Может, еще сложится, – посочувствовала ей Саша. – Так все-таки где же мне остановиться?

– Вы идите в пятый дом по Рябиновой улице, – вмешался в разговор молодой человек, возившийся в углу с лампочками под потолком. – Это, как из ворот выйдете, так до кромки деревни, там сразу по тропке направо. Прямо-то Березовая улица будет, а направо пройдете – и как раз на Рябиновой окажетесь. По ней чуть вперед надо, и там дом с цифрой пять увидите. Она крупно написана, не промахнетесь. Там тетя Нюра живет. У нее спросите. Она иногда постояльцев пускает. Дом у нее большой, а деньги нужны. Какая у старухи пенсия.

Тетя Нюра, значит. С Рябиновой улицы. А что, красиво.

– Спасибо, – поблагодарила Саша.

Она чувствовала, что устала с дороги. Сначала ехала ночь на поезде, потом час ждала рейсового автобуса, потом еще три часа терпеливо тряслась в нем, смирившись с бесконечными остановками, на которых входили и выходили люди, потом еще с километр шла пешком от остановки с указателем «Глухая Квохта» до поворота на базу с одноименным названием.

Собственно деревня была чуть в стороне, но совсем недалеко. Метров триста от развилки, ведущей к охотхозяйству. С непривычки от ходьбы устали ноги, да и чемодан, хоть и не тяжелый, все равно оттягивал руки. Колесики буксовали на мокрой, разъезжающейся под ногами глине.

Земля здесь еще не просохла с зимы, более того, в пролесках – Саша глазам своим не поверила – встречались съежившиеся островки лежалого ноздреватого снега. В Москве про него уже давно забыли, а здесь он еще лежал, не сдавался на милость победившей весне, играл в партизана.

К усталости примешивалось чувство голода. Завтрак входил в стоимость билета, но какая там еда в поезде, да и было это давно, пять часов назад. Часы показывали десять. Самое время для второго завтрака. Саша представила кружку горячего кофе с молоком, омлет на тарелке, большущий бутерброд с сыром и сглотнула. Вряд ли у тети Нюры она найдет что-либо подобное. Деревенские встают рано, да и не ждет ее никто.

– А поесть тут у вас хотя бы можно? – спросила она у Марины. – Есть тут что-нибудь вроде кафе?

– Девушка, какое кафе? – всплеснула руками женщина. Локоны снова угрожающе качнулись. – Завтрак гостям мы подаем, конечно.