Ярроу

Уважение и честность в отношениях — это очень много, сынок. Жаль, что у тебя с твоей женой было так мало времени, чтобы узнать друг друга получше, возможно, ты бы её полюбил или хотя бы обрёл хорошего друга.

Ратир замолк и через минуту спросил:

— Какая она?

Николас провёл ладонью по лицу и сказал:

— Она лекарь, лучший из всех, кого мы знаем, — видя изумление на лице отца, улыбнулся, — не удивляйся, это чистая правда. Она полностью вылечила мою дочь, Нолла теперь совсем не хромает благодаря ей. Ей одной. Ярроу самоотверженная, честная, очень ранимая, хотя внешне всегда совершенно спокойна.

И эта её уравновешенность ввела меня сначала в заблуждение — я решил было, что она женщина не способная на страсть. А всё оказалось совсем наоборот. Её страстная натура проявляется во всём! Она отдаётся полностью и без остатка тому, что делает. И люди вокруг неё меняются, становятся лучше, что ли. Даже брюзга Шатиль расцвёл, насколько знаю, решил снова жениться, — хохотнул Николас, помолчал немного и спросил о том, ради чего завёл весь этот разговор:

— Папа, — пауза, — я не хочу тебя подводить, мне будет очень тяжело, если ты откажешь, но я должен спросить: дашь ли ты благословение на наш брак?

Пожилой король прикрыл веки и замер ненадолго, а потом на выдохе сказал:

— Как же я не дам любимому сыну своего благословения? За кого ты меня принимаешь? — весёлого добродушия в его голосе всё же было больше, чем возмущения.

Николас улыбнулся.

— Сын, женись на ней, первый твой брак уже был по договору королей. Пусть второй будет по велению сердца. Трон я оставлю тебе. Я всё сказал, — закончил король и улыбнулся искренне и совершенно счастливо, — привози свою суженую.

Хочу поскорее познакомиться с будущей невесткой!

***

Лекка эри Ярроу де Росс

Ника не было уже больше двух обещанных седмиц.

А точнее его не было уже целый месяц. Сначала волновалась, что с ним что-то случилось. Пару раз ходила в Посольский дом, зная, что он часто вёл какие-то дела с эром Шатилем. На мои вопросы всегда получала уклончивые ответы и сожаление в глазах эра Шатиля. Но одно моё опасение посол развеял сразу — эр Николас жив и здоров.

По прошествии месяца, я уже выплакала все слёзы. Мне было совершенно всё равно, что происходит вокруг меня.

Али Шин и весь коллектив не на шутку встревожились. И однажды ко мне в кабинет постучался и вошел эр Шатиль.

— Девочка моя, я послал письмо эру Нику, но пока не получил ответа. Но, видя твоё состояние, так и заболеть не долго! — решил сказать тебе, то, что эр Николас должен был поведать тебе сам.

Я пристально посмотрела на собеседника и вопросительно подняла брови, поощряя его продолжить.

— Эмм, — прочистил горло посол, тяжело вздохнул, — милая моя, эр Николас — отец эри Ноллы.