Обещай мне

Полагаю, я не задержусь.

Здание было трехэтажным особнячком с высоко расположенным парадным, к которому вела чистенькая лестница. Рядом с дверью висела внушительная табличка: «Обедия Дернфорд, практикующий врач». И табличка, и отлично начищенный дверной молоточек говорили о достатке и стабильности, и это сразу расположило Корта, хотя он понятия не имел, чего ради Эмори Фрай вытащил его сюда. На стук появилась пышная экономка, его провели в холл безукоризненной чистоты, здесь пахло камфарой, каломелью, ртутной мазью. Корт прогнал сразу нахлынувшие на него воспоминания о полевом госпитале, в котором он провалялся несколько недель..

– Доктор ожидает вас, ваша милость, – объявила экономка с любезной улыбкой.

Они миновали пустую комнату с ширмой и кушеткой и подошли к кабинету в конце короткого коридора.

В кабинете не было ничего, кроме большого секретера и солидного стола вишневого дерева, за которым сидел столь же солидный мужчина. Один из ящиков секретера был открыт, и его содержимое – различные бумаги – разложено на столе. Прикрыв дверь, Корт заметил за ней несколько книжных полок с толстыми томами медицинских справочников, а в углу – человеческий скелет.

Обедия Дернфорд указал на простую скамью с высокой спинкой.

– Прошу присесть, ваша милость. Мистер Фрай предупредил меня о вашем визите, – сказал он и с утомленным вздохом опустился на стул. – Сигару?

Корт отрицательно покачал головой, и он достал одну для себя, не спеша обрезал кончик и начал попыхивать, раскуривая ее. Наконец доктор откинулся поудобнее и окутал себя облаком душистого дыма. Это был человек лет шестидесяти, лысый, как бильярдный шар. Его парик, довольно старомодного вида, был нахлобучен на череп скелета.

– Признаться, ваша милость, я ожидал вашего прихода гораздо раньше, – начал Дернфорд. – Поскольку вы так и не появились, я решил, что вам неинтересно, и перестал ждать.

– Все это звучит странно, – сдержанно заметил Корт. – Только два дня назад я узнал, что вы вообще существуете, мистер Дернфорд. В записке сыщика, которого я нанял для частного расследования, я прочел ваше имя и адрес, ничего больше.

– Речь идет о вашем друге, ныне покойном маркизе Сэндхерсте. Мне казалось, вас должны интересовать обстоятельства его смерти. – Доктор сплел пальцы на животе и продолжал со вкусом попыхивать сигарой.

– Он обращался к вам?

– Не только обращался, но и лечился у меня в течение полугода, вплоть до самого отъезда из Англии. Меня рекомендовал ему семейный врач Сэнд-херстов. – Дернфорд поджал губы, отчего его двойной подбородок забавно выпятился, и с некоторой задумчивостью продолжал: – Обычно я строго придерживаюсь правила, что болезнь пациента является врачебной тайной.