0
0– Когда лошадь спускается, торопить ее не надо, иначе скорость будет слишком большой, – предупредил Уорбек. – Лучше попридержать ее и не отпускать вожжи, чтобы остановить животное, если возникнет непредвиденная ситуация.
– Может быть, мне постоянно притормаживать? – нервно спросила Филиппа.
– Зачем? Вы отлично управляетесь с лошадью. Каждый раз, как кучер притормаживает на спуске, животное чувствует не только вес самой повозки, но и инерцию ее движения, потому-то тормозить стоит разве что на самом крутом участке. – Он указал вперед. – Нам нужно будет повернуть на первую же улицу.
Филиппа с трудом подавила желание натянуть вожжи. Ей казалось, что она непременно заденет за фонарный столб. Как бы не замечая ее нервозности, Уорбек продолжал давать четкие и спокойные указания. Наконец кабриолет плавно обогнул угол, и Филиппа вздохнула с облегчением.
Всегда, всю свою жизнь она мечтала править экипажем. Уорбек обещал, что научит ее после венчания, но… все сложилось иначе.
А теперь он хочет научить этому искусству Кита.
Филиппа вспомнила о Клер Броунлоу. А разрешит ли герцогиня проводить с маленьким подопечным много времени? Филиппа покосилась наУорбека и едва заметно покачала головой. Вряд ли этому человеку можно что-либо запретить. Он всегда вел себя так, как находил нужным. Вот и сейчас он сидел, удобно откинувшись на спинку сиденья, почти касаясь Филиппы. Она ощущала каждое его движение, и при всей неловкости это было восхитительно. Однажды она почувствовала, как его пальцы поймали ее локон, и с трудом удержалась от дрожи удовольствия. Ей едва удавалось сохранять сосредоточенность, дремотное оцепенение было сродни тому которое она испытывала, оказавшись в объятиях Уорбека. Разумеется, все это было не случайно. Именно для этого он и затеял свой урок.
Между тем кабриолет не спеша катил по главной улице, делившей Гиллсайд на две почти равные половины. Вскоре путники достигли гостиницы «Восемь колоколов», расположенной в самом центре городка. Филиппа остановила лошадь у входа.
Кит сдвинул брови, разглядывая бревенчатый нижний этаж и верхний, обшитый тесом. Нижняя часть мозаичных окошек весело поблескивала в солнечных лучах, верхнюю затеняла нависающая черепичная кровля.
– Это ваша гостиница, сэр?
– Моя, – кивнул Уорбек, спускаясь на круглый булыжник двора. – Что скажешь? Нравится?
– Она выглядит старой-престарой.
Уорбек поднял мальчика с сиденья и поставил рядом.
– Когда-то эта гостиница была местом тайных встреч банды контрабандистов, о которой и теперь местные жители вспоминают не без трепета. Эти парни хранили свое добро в винном погребе.
