3
0Он стоял чуть в стороне, будто важный судья.
– Я украл поцелуй, вот и все.
Кевин снова попытался вырваться из рук Николаса.
Чейз отошел от Филиппа и смерил его пристальным взглядом.
– Так и было? Это уже не в первый раз, Филипп.
Уолтер перевел взгляд с Кевина на Чейза и Филиппа, а потом обратно и, расправив плечи, проговорил:
– Что бы ни случилось, не следует устраивать потасовку в саду тети Агнес, тем более когда рядом дамы. Встретьтесь в боксерском клубе и выясните отношения, если уж так надо.
– Я бы лучше встретился с ним на рассвете в парке, – прорычал Кевин.
Филипп запрокинул голову и посмотрел на него поверх расквашенного носа.
– Я не дерусь на дуэли из-за шлюх.
Одним рывком Кевин вырвался из объятий Николаса и подался вперед.
– Я же сказал, что убью тебя, если…
Чейз схватил его и зажал шею в замок. Николас снова сцепил ему руки.
– Уведите его отсюда, – велел Чейз. – Дуглас, отвези жену и Фелисити по домам. Уолтер, сажай Филиппа в свой экипаж. Мы с Николасом займемся Кевином. Ступайте.
– В мой экипаж? – переспросил Уолтер. – Но у него же кровь идет.
Николас смерил его тяжелым взглядом. Уолтер вздохнул.
– Пошли, пошли, Филипп. Постарайся не запачкать мне обивку или пальто.
Они гуськом зашагали по садовой дорожке, оставив Кевина зажатым в руках Чейза и Николаса.
Какие-то звуки раздались из столовой, затем с верхней террасы. Кевин представил там Розамунду, на которую направлены все взгляды, одни – злорадные, другие – сочувственные. Хотя сочувствия можно было ожидать, пожалуй, только от Минервы.
С уходом Филиппа злоба начала отступать. Напряженные мышцы постепенно расслабились, в голове прояснилось. Ни тот ни другой кузен не говорил ни слова. Наконец они отпустили его.
– Он действительно ее ударил? – спросил Николас.
– Да. Я как раз поднялся по лестнице. Она сопротивлялась, он дал ей пощечину и оглушил. – Кевин провел рукой по волосам. – Уверен, что останется след. Он ударил очень сильно.
Чейз покачал головой.
– Я даже не заметил, что его нет в столовой. Когда в последний раз глянул в его сторону, он спал в углу. Должно быть, проснулся и выскользнул незаметно.
– Я видел, как он уходил, но подумал, что он идет в сад, потому что его тошнит, – сказал Кевин. – Пошел за ним лишь для того, чтобы избавиться от бесконечных политических заявлений Уолтера. Потом услышал шум и заметил его с ней на верхней террасе.
Перед мысленным взором Кевина встала эта картина, и его снова затопил ужас, как в тот момент, когда он осознал, что делает Филипп.
– Он, наверное, спятил – приставать к женщине прямо у всех на виду, – проговорил Николас.
– Филипп бывает наглым, даже когда не пьян, – заметил Чейз. – Кто-то начал играть на пианино, и он, должно быть, подумал, что никто не услышит ее криков.
