Мама из другого мира (СИ)

Если бы был хотя бы день, то можно было бы попробовать найти провожатого в городе (не бесплатно, конечно), но ночью это делать слишком опасно. Повезет, если просто ограбят, а не еще чего хуже. Поэтому идти теперь только самой.

Информацию о том, где именно живет ведьма, я получила, конечно. И сейчас мне нужно было быстро придумать, как именно туда попасть. Попробовать стащить лошадь из конюшни и добраться на ней? Можно было бы, но на лошади незаметно покинуть территорию поместья будет проблематично.

Уже покинув сад, я поняла, что идея самостоятельно идти в город – слишком глупа и самонадеянна. Если я даже каким-то чудом доберусь до ведьмы и не пострадаю, то скорее всего, просто не успею вовремя вернуться в поместье, и мое отсутствие заметят. И вот это будет самый идеальный вариант. А ведь я могу заблудиться или нарваться на каких-то уродов. Да что угодно может произойти! Я не могу так рисковать, ведь если со мной что-то случится, то кто поможет Питеру?

Вариант остается только один – возвращаться в особняк и попробовать договориться с одной из своих служанок. Наплести ей черт-те что насчет того, зачем мне надо к ведьме, пообещать столько, чтобы она не могла отказать. А после этого надеяться, что меня не выдадут.

Только вот на кого сделать ставку? На Нинель или Марту?

Размышляя об этом, я двинулась к поместью, как неожиданно кто-то схватил меня за руку и сжал рот рукой. Я и пикнуть не успела, как оказалась прижата к кроне дерева.

– Не кричите, княгиня, – услышала я тихий голос возле своего уха, показавшийся мне каким-то… знакомым. – Я не хотел вас напугать. Просто подумал, что вы не захотите, чтобы вас сейчас кто-то заметил.

Дознаватель. Это точно был он. И сейчас он стоял ко мне просто непозволительно близко. Эта близость порядком выбивала меня из колеи, потому что после смерти мужа я никого не подпускала к себе настолько близко.

Я ведь в своем мире после произошедшего стала практически затворницей. Подпустить кого-то к себе казалось чем-то нереальным. Здесь же мне очень повезло, что у настоящей Карэн отношения с мужем были плохие, благодаря чему Грегори тоже не жаждал моей близости. За все это время хватит пальцев одной руки, чтобы посчитать, сколько раз он меня коснулся. И все это были вынужденные прикосновения, которые можно вполне назвать невинными. Боюсь представить, что было бы, если бы ему в голову взбрело потребовать от меня супружеский долг.

Эдвин же сейчас нарушал все мыслимые и немыслимые правила, оказавшись так близко ко мне, касаясь меня. И наверное, в первое мгновение я могла бы закричать от ужаса и попытаться врезать нахалу, если бы мне не зажали ладонью рот и не прижали бы так крепко к дереву, блокируя любые движения.