2
0Он сразу направляется к тому, кто может пролить свет на сложившуюся ситуацию и помочь найти выгодное решение. К тому, кто обязан быть в курсе и будет заодно с Григорием. К своему старшему брату.
Сегодня Федор собирался покинуть столицу — у него были запланированы свои дела, очередная поездка в Казанское княжество к своим союзникам. Однако уехать он не успел. Его задержали важные переговоры с канцлером Разумовским. После них он планировал немедленно выехать из столицы, но внезапная ситуация с Дмитрием все изменила. И Федор остался.
Григорий врывается в покои брата, сопровождаемый охраной. Внутри — спокойствие, будто никто и не слышал тревожных вестей. Федор сидит в окружении своих гвардейцев, но сразу замечает прибытия младшего брата.
— Ты уже знаешь? — спрашивает Григорий, не сбавляя шага.
— Да, удивительная новость, — отвечает Федор, едва заметно приподнимая бровь. — Удивительная… но я не верю в это. Слишком уж Дмитрий — скользкий тип, чтобы вот так просто сдохнуть где-то там, — усмехается он.
— Но ты же понимаешь, — ухмыляется Григорий, — что ему там вполне могут помочь умереть?
Конечно, Григорий искренне на это надеется.
— Понимаю, — кивает Федор, слегка откидываясь в кресле. — Сколько там сейчас задействовано родов?
— Четыре гвардии. По крайней мере, так было, пока эта новость не просочилась за пределы дворца, — отвечает Григорий.
Это было то немногое, что ему удалось узнать.
— Ого. Как он мог так накосячить? Там сейчас, если я правильно помню, двенадцать родов. И зачем он позвонил сестре? Не знал, что она его сольет?
— Или же этот дурак надеялся, что она ему поможет? Как наивно.
— Насколько мне известно, — фыркает Федор, — она не особо отреагировала. Хотя… ее можно понять. Она ведь сделала на него всю ставку.
— А теперь он останется без трона. И, вероятно, скоро лишится без головы, — хмыкает Григорий. — У него и так были мизерные шансы стать императором, ты и сам знаешь.
— После его смерти она ничего не получит, — говорит Федор спокойно, словно обсуждает не родную сестру, а фигуру в шахматах. — Вот сейчас сидит в своем кабинете и рыдает. Идиотка.
Он берет бокал, делает глоток и, уже глядя в сторону, добавляет:
— Хотя… впрочем, для нее еще не все потеряно. Думаю, мы сможем пристроить ее в роли дипломата. В какую-нибудь не особенно важную страну. Чтобы не мешалась под ногами.
— Можешь делать что угодно, если станешь императором, — усмехается Григорий.
— Лично я, например, вижу ее в династическом браке. Давно пора наладить отношения с африканскими странами. Почему бы не начать с такого… щедрого подарка? — он поднимает брови, будто удивляется собственной гениальной мысли.
Насколько же сильно Федора задело то, что сделала Анастасия.
