3
0– Ну вот, теперь жди приказа о зачислении.
– Шустрый какой! Учеба с первого сентября, а до этого приказ должен быть. Кроме того, ты не один, будут группу набирать. Так что запасись терпением и служи. Желаю удачи!
Полковник вышел из-за стола и пожал Андрею руку.
– Послушай, сержант, мы с тобой раньше нигде не встречались? Что-то мне лицо твое знакомо.
– Никак нет, товарищ полковник.
– Значит, обознался.
– Зачем он тебя столько держал? – спросил Васильев.
– На учебу блатовал. Дескать, образования у тебя специального нет, выше старшины не поднимешься – ну и все такое…
– Пока служить буду.
Капитан зашел в свой кабинет, а Андрей направился на пост. Учеба – она когда еще будет, а лямку тянуть надо.
Только он встал у своего перекрестка, подошла информаторша – она же агент, как их называли в органах. Была такая Танька Белошвейка. Воры приносили ей украденные вещи, она их перешивала, и скупщики краденого продавали их на барахолке. Она была вдовой, имела двоих детей на иждивении, и Андрею было ее по-человечески жаль.
– Федька Одноглазый ко мне вчера с Батоном приходил.
Батон был форточником, воровал по мелочи.
Кто такой Федька Одноглазый, Андрей не знал.
Женщина всплеснула руками:
– Неужели не знаешь? Медвежатник он знатный. Его еще до войны, в сороковом году посадили. Теперь вот вышел. Хвастал – по амнистии, справкой об освобождении в нос тыкал.
Теперь Андрею стало все понятно. Медвежатник – редкая воровская специальность, они открывают сейфы подбором отмычек или вскрывают иным способом. Был как-то умелец, изготавливавший подобие большого консервного ножа.
Медвежатников было не больше двух десятков на весь Союз, и милиция старалась держать их в поле зрения. Если появился в районе такой профессионал, жди серьезной кражи. Поскольку сейфы – принадлежность учреждений, организаций, заводов, то и ущерб от кражи бывал велик – не три червонца в кошельке, украденном в трамвае.
– Где он обосновался?
– Больше не знаю ничего.
Андрей, узнав такую новость, сразу пошел в отдел, к сотрудникам уголовного розыска.
При его появлении парни в комнате замолчали.
– Тебе чего, Фролов?
– Агент сейчас сообщил, что на свободу вышел некий Федор Одноглазый, медвежатник.
– Да ну! – Оперативники переглянулись. Потом один из них вышел, а другой предложил:
– Присядь. Ты сам-то его видел?
– Здоровенный мужик, руки – что грабли. Черные очки носит, чтобы дефект скрыть. У него на самом деле один глаз в драке выбили – разборка бандитская была.
