Дорога мёртвых. Том 2

Сначала сердце его стучало так громко, что ничего другого он расслышать не мог, но после Велиору показалось, что скрипнул стул, зашуршала бумага, шёпот заклинания добавил немного огня мерцающим свечам. Эльф медленно выпрямился, собираясь уходить. Он понимал, что если Лизабет обнаружит его за своей дверью, то ей это не понравится. Скорее всего, она сию же минуту подхватит немногочисленные вещи и переедет в любую из освободившихся спален. У неё не было больше нужды делить с ним преподавательскую квартиру.

Отстранившись, Велиор коснулся пальцами тёплого дерева. Ему чудились едва различимые шаги, лёгкое осторожное дыхание. Он вообразил, что Лиза так же стоит у запертой двери и их руки разделяет только невидимая для дара преграда из старого ясеня. Вот и медная ручка, как ему показалось, чуть дрогнула в нерешительности и снова замерла. Нужно было уходить, но он всё стоял и ждал, сам не зная чего, час, два, может, и все три, стоял до тех пор, пока Лиза не погасила свет.

Знакомо, нежно и немного таинственно скрипнули пружины кровати, и вновь воцарилась бархатная тишь. Эльф отступил и бесшумно вернулся к себе. Не раздеваясь, бросился на постель и зарылся лицом в подушку. За все прошлые месяцы одиночества он не был так одинок, как в эту ночь, когда любимая была совсем рядом и в то же время так далеко от него.

Лиза долго лежала без сна, прижимая к груди письма. Она не помнила, чтобы в её жизни когда-то было более ценное сокровище, чтобы хоть один предмет или вещица пробудили в ней столько чувств разом. Разве что маленькая лошадка, детская игрушка Велиора, которую она заботливо прятала под подушку во время разлуки с любимым.

Разложив письма по датам их написания, Лиза перечитала их несколько раз. С каждым последующим письмом тревога родителей, Фреда и маленькой Элин ощущалась всё сильнее. Они писали о том, что знали в Вестене и Фоллинге о захвате Трира и закрытии Академии, о распределении студентов по другим школам, о том, что никто не отвечает на их запросы, а имя Лизабет Сандберг не числится ни в одном из списков.

Лиза вглядывалась в чуть дрожащий почерк последних писем и ощущала ужас и отчаяние, которые переживали её родные. Кажется, спустя полгода пустых ожиданий надежда стала покидать и маму, и папу, только Фредерик и Элин упорно продолжали верить в то, что она жива.

Некромантка с трудом оторвалась от бесконечного перечитывания, в сотый раз утёрла глаза насквозь промокшим рукавом платья и села писать ответ. Она столько раз делала это мысленно, что теперь, сжимая в руке остро отточенное чёрное перо Тэрона, не задумывалась ни на мгновение.