3
0Знала она и о том, что Талемар, бывший Первый рыцарь Фэита, стоит на страже рядом со скелетами и зачарованный меч в его руке светится призрачными рунами.
Лизе не было страшно. Сомнения и страхи она оставила за границей сумрачного огня. Некромантка была предельно сосредоточена, раз за разом повторяя формулу призыва и имя духа. Но, несмотря на тщательно выверенный круг и безупречно произносимые заклинания, дух магистра Тэрона не появлялся. Перья птичьего оборотня безжизненно лежали на серебряном блюде, слабо мерцая остатками магии. Между тем запас магических сил Лизы стремительно таял.
– Почему же ты не приходишь? Почему?! – в отчаянии воскликнула она после очередной неудачной попытки.
Нельзя было истратить себя досуха, сила была нужна и после появления духа Тэрона. Его требовалось на какое-то время удержать в мире живых, уговорить ответить на вопросы или дать советы. Вот только для начала он должен был прийти…
С неба неслышно сыпалась тончайшая снежная пыль, укутывая лес серебристой вуалью. Было неестественно тихо, ни лесные звери, ни птицы не высовывались из своих укрытий в эту ночь. Всё вокруг словно затаилось в безмолвном ожидании чуда, которое не спешило произойти. Призыв духа тёмного мага – дело сложное и опасное даже для опытных некромантов, большинство из них лишь посмеялись бы над восемнадцатилетней девчонкой, возомнившей себя настоящей призывательницей.
Посмеяться или отругать Лизу было некому: старшие маги – отец, Келлард и Рин – долго высчитывали лучшие дни для общения с духом магистра, собирали необходимые ингредиенты, изготавливали свечи, но их планам не суждено было сбыться. Два дня назад Гаэлас обнаружил на Дороге мёртвых следы постороннего вмешательства, и теперь главной заботой магистров и Рин стала защита сумрачного пути. На сеансы спиритизма времени не было.
Лизу, вопреки её мольбам и протестам, оставили в поместье с Доннией и рыцарем. Ей поручили присматривать за округой, проверять обереги и держать под контролем мёртвых прислужников. Первый рыцарь Талемар, несмотря на отважный характер и недюжинную силу, распознать магическую угрозу попросту не мог. А Донния была светлой жрицей Ньир и ждала ребёнка.
И вот этот день настал – день, когда можно было поговорить с учителем и обратиться к нему за помощью, – и Лиза чувствовала себя не вправе упускать эту возможность. Она захотела сделать всё сама, несмотря на предостережения Гаэласа. Перед уходом в междумирье отец взял Лизу за плечи и, заглянув ей в глаза, попросил быть разумной девочкой. Эльф хмурился, дожидаясь ответного кивка. Но что это означало, так и не пояснил. А девушка рассудила по-своему и решила провести ритуал в одиночку, а потому потерпеть неудачу было теперь вдвойне обидно.
