3
0Тень повисла в глубокой задумчивости, лишь щупальца её нервно колыхались в пляшущих отсветах свечей. Разумные обитатели междумирья всегда пытались отыскать брешь в сплетённой призывателем клетке.
– Дворец, – сказала наконец тень. – Много душ. Много смертных.
– Большой дворец с кучей уголков, тебе всегда будет где спрятаться. – Маг взял в руку подсвечник и подошёл ближе к существу.
– Свет, свет! – негодующе взвизгнула тварь.
Но никакой свет не смог бы отразиться в этих чёрных провалах сумрачных глаз.
– Ты найдёшь укрытие. Самое тёмное место в королевском дворце. Ты почуешь его, когда окажешься ближе. Принц Лорион называет его тайной комнатой.
– Тайной комнатой, – послушно прошелестела тень и не нашла, что бы ещё возразить. – Да, хозяин.
– Иди, – не давая больше существу времени на размышления, махнул рукой Келлард. – Выполняй задание.
Невидимые цепи, что удерживали тень в комнате, с электрическим треском разорвались. В душном и неподвижном воздухе подземелья запахло грозой и серой. Отпустив демона и смахнув на пол пепел от свитка, маг устало вздохнул. Контакт с подобными существами из междумирья будил дремлющие страхи и сомнения даже у опытных призывателей. Он привык к работе с пусть не слишком разумными, но куда менее опасными тенями.
«Кто я такой, чтобы решать судьбу эльфийского королевства?» – думал Келлард, вытянувшись на старенькой кровати и глядя в потолок.
И другие голоса его сознания тут же навалились, засыпали в ответ новыми вопросами. А кто такие эти инквизиторы, чтобы решать разом все судьбы магов с сумраком в крови? А кто такой принц Лорион, убивающий невинных девушек и посмевший поднять руку на Доннию? Кто такой есть сам король, постановивший, что орки слишком уж расплодились на востоке?
Маг поморщился: все сравнения были нелестными, и он сам был ничуть не лучше всех упомянутых персон. И мысль о том, что принцу Лориону предстоят мучения, согревала его, должно быть, так же, как эльфийского юнца согревали мысли о страданиях жертв в тайной комнате. Коротким словом Келлард потушил все свечи в подземелье и стал слушать глухую бархатную тишину.
«А что, если наша дочь унаследует мой дар? Скажи, ведь может же такое быть, правда?» – спрашивала его Донния незадолго до возвращения в Фэит.
Она была целительницей и, уж конечно, знала, что ребёнок может как перенять дар одного из родителей, так и родиться вовсе без способностей к магии. Но ей хотелось, чтобы он перестал терзаться страхами за жизнь будущего ребёнка и поверил в возможность появления маленькой светлой волшебницы. Келлард был упрям и потому не верил.
В ту ночь он ещё не знал, что его сотрудничество с демоном сумрака затянется на несколько месяцев.
