3
0Ты и сама говорила, что каждую ночь луна светит с неба по-разному, потому как у богини Ньир не бывает одинакового настроения.
– Поначалу, наверное, мы действительно играли, – прошептала она, покрывая его лицо поцелуями. – И не заметили, как всё стало слишком серьёзно.
– Значит, ты согласна с этой ночи быть моей женой? – уточнил он, не в силах отвести от неё взгляда.
– Помнишь, ты говорил мне, что теневых магов не разлучает даже смерть?
– Да, и нас с тобой ничто больше не разлучит, – кивнул он, прижимая её к себе.
– Что это было за заклинание? – спросила Донния, скользя руками по его телу и отвечая на волнующие ласки. – Которым ты вылечил меня…
– Ты будешь смеяться и не поверишь, поэтому я расскажу об этом в другой раз!
– Сейчас, – потребовала девушка.
– Сейчас я хочу уже заняться чем-нибудь поинтереснее, чем теория заклинаний, – прошептал маг и закрыл ей рот поцелуем, заканчивая ставший ненужным разговор.
Начиная с этой ночи, жизнь в поместье постепенно наладилась, между друзьями больше не вспыхивало споров, и даже Рин отчего-то притихла и целые дни изучала окрестности или копалась в шкафу с магическими книгами. Прежние хозяева дома долгое время были членами Гильдии магов и накопили немало пособий и трудов, написанных учёными всего мира.
Лиза и Гаэлас проводили дни в тренировках, рыцарь с раннего утра отправлялся на охоту, а по вечерам находил себе занятие в доме или возле него: починил дырявую лодку, поправил крыльцо, залатал дыру на крыше, которая обнаружилась после сильнейшего ливня, прокатившегося по лесу.
Влюблённые почти не расставались, выбирая себе дела по дому или гуляя по лесу и берегу озера и собирая полезные травы для приготовления еды или целебных эликсиров. На какое-то время внешний мир словно перестал существовать для шестерых спрятавшихся в лесу изгоев, разговорам о сумраке они уделяли гораздо больше времени, чем воспоминаниям о прежней жизни. Медленно, но неумолимо приближался день, когда Лиза должна была занять место Тэрона и попытаться открыть портал в окрестностях Трира. Она ждала этого дня со страхом и надеждой.
Сония отдёрнула пропылившиеся занавески и распахнула окно приёмной, не переставая ворчать на новых пациентов, с которыми пришлось основательно повозиться с раннего утра. Сегодня в клинике было непривычно шумно: Сморчок (то есть профессор Ильсен, разумеется) отрядил нескольких учеников вымыть в больнице окна и стены, покосить траву и покрасить изгородь. Взамен семья Сандбергов пообещала обеспечить будущих выпускников действенными эликсирами и настойками на период экзаменов.
