2
0Можно представить себе, каким нарядным и многолюдным город был раньше…
Хрийз шевельнулась, и поняла, что сидит на чём-то вроде кресла с высокой спинкой. Откуда оно тут взялось… впрочем, могли принести, пока Лилар держала на руках беспамятную госпожу. У колена устроилась Мила, её присутствие холодило, словно рядом поставили большую глыбу прозрачного льда. А над головой разливалось сияние погодного купола, его поставил и держал Лае — чтобы княжне в халате поверх сорочки не было холодно. Весна еще только набирала разгон, простыть на свежем воздухе в домашней одежде было как нечего делать.
Хрийз испытала благодарность к старому учителю, и решила, что стоит его действия запомнить…
Сихар протянула ей кружку с чем-то горячим: счейг и другие, наверное, целебные травы:
— Пейте, ваша светлость. Поможет восстановить силы…
Хрийз приоткрыла глаз. Разлеплять веки не очень хотелось, слишком ярок дневной свет, слишком яростен, глаза, привыкшие к полумраку замковой комнаты, реагировали слишком остро. Но девушка увидела, что Сихар почтительно опустилась на одно колено, и протягивает кружку… на ладони… И ведь, несмотря на всё своё призвание врача, Сихар собиралась казнить невиновного! Гнев обжёг, словно кипящая вода. Кружку в руке целительницы взорвало изнутри. Брызнули в стороны мелкие осколки.
— Я не хочу вас видеть, Сихар, — повторила Хрийз тихим голосом.
Она очень боялась сорваться на крик. На крик, который отберёт у неё невеликие силы и снова отправит в беспамятство. Терять сознание на виду у людей Сосновой Бухты — последнее дело. Достаточно и одного позорного раза!
— Вы — хороший врач, — продолжила она, и тут же поправилась: — Лучший. Но я. Не хочу. Вас. Видеть. Это же вам нетрудно понять?
— Вам нужна помощь целителя, ваша светлость, — тихо, упрямо проговорила Сихар. — Без неё вы не справитесь.
— Здесь есть целитель, — сказала Хрийз. — Уходите, Сихар. Сейчас же. Пока мой фамильяр не вцепился вам в волосы…
Яшка уже пикировал из поднебесья, пронзительно крича. Сихар оценила угрозу: Яшка её на дух не выносил и норовил вцепиться в волосы при каждом удобном случае. Но если раньше Хрийз ещё пыталась привести к порядку бешеную птицу, то сейчас вмешиваться явно не собиралась. Это раньше Яшка был всего лишь дурно воспитанной пернатой дрянью у неспособной выдать ему немного ума девочки-бастарда. Теперь он, помимо стихии Смерти, влетел в статус княжеского фамильяра, а бить такого заморозкой на упреждение было нельзя…
Сихар кивнула. Поднялась. И ушла, блюдя последнее достоинство несправедливо обиженной.
— Мне нужно встать, — Хрийз не знала, откуда пришла к ней эта уверенность, почему и откуда она знает, что сейчас нужно сделать, чего ждут от неё люди. — Лилар, помогите мне. Пожалуйста.
