Дочь княжеская. Книга 4

Вытянулся, построжел. Закрывал потерянный глаз повязкой, отчего здорового смахивал на разбойника с большой морской дороги, как их представляют в детских книжках про пиратов. Насколько Хрийз знала, выращивать себе новый глаз Гральнч отказался, заявил, что ему сойдёт и так. Определённый смысл в этом был: какое-либо физическое ограничение или изъян шли определённым магическим практикам только на пользу. Сделка — обет — сила, так, кажется, утверждалось в «Теории магии». Ну…

Для обычного зрения хватает и одного глаза. Для магического глаза не нужны совсем.

Потом Нагурн поинтересовался, есть ли ещё какие-нибудь вопросы. Хрийз покачала головой: нет.

Язык не повернулся у неё. Смотрела, как он уходит, прямой, как палка, с гордо вскинутой головой, печатая шаг, как на параде, глотала слёзы, комом перехватившие горло, и крикнуть бы вслед, остановить… но не поворачивался язык.

Потом Хрийз долго бродила по замку, не находя покоя. Галереи, переходы, лестницы, залы. Теперь она уже знала хорошо, где что есть, куда ведёт тот или иной проход или арка, и заблудиться ей не грозило. А вернувшись к залу Совета, услышала внезапно разговор…

На лестнице, вверху. Она узнала голоса сЧая и Гральнча, ну надо же, пересеклись, хотя сЧай с утра должен был уйти к своим кораблям, стоявшим у причалов Сосновой Бухты. Вернулся…

— Что ты хочешь от меня, тБови? — злобно огрызался Гральнч. — Что ты ко мне прицепился? Отстань! Ты увёл у меня девушку, которую я люблю…

«Я люблю». Вот так. Не «я любил». А именно в настоящем времени — «люблю»…

— И ты теперь хочешь, чтобы я решал твои проблемы?! Однако.

— Это не мои проблемы, — тихо, спокойно отвечал сЧай, и Хрийз чувствовала, чего ему стоило сохранять спокойствие.

Гральнч Нагурн не Девнарш Рахсим, которого и убить было бы не грех. Нагурна сЧай знал с самого детства. Слишком многое связывало их в опалённой той, прежней ещё, войной юности, чтобы можно было сейчас махать кулаками, добиваясь убийства.

— Любишь её, говоришь. Видно, не настолько сильно любишь…

— А ты? — яростно спросил Гральнч. — Ты — любишь? На что ты готов ради неё?

— Да я бы умер, — искренне сказал сЧай. — Я умер бы, если бы точно знал, что ей это поможет.

Стоять под лестницей, слушать ссору дорогих сердцу мужчин стало просто невыносимо. Гральнч был первой, детской еще любовью, а сЧай… стал… целым миром…

— Не надо умирать, — сказала Хрийз, показываясь обоим на глаза.

— Я вас оставлю, — сказал сЧай. — Но ты мне смотри, Нагурн.