Дочь княжеская. Книга 4

— Лилар не дралась с моим отцом! Она дала обет служения добровольно.

— Неважно, — отмахнулся Рахсим. — Она — воин, и видела жизнь. Кто-то проигрывал ей, кому-то проигрывала она сама. Это неизбежно, если занимаешься боевыми магическими практиками всерьёз.

— Прекрасно, — язвительно сказала Хрийз. — Это вы так ко мне сватаетесь, кайемь Рахсим?

— Можно сказать, что да.

— Тоже влюбились? — тоном «не верю» полюбопытствовала Хрийз.

— Вы — храбрая сильная девочка, вы достойны уважения, — поджав губы, сообщил старший Рахсим.

Хрийз испытала к нему слабую благодарность за то, что он ничего не сказал про красоту предполагаемой невесты; она видела в зеркале, что там за красота. Потом, может быть, когда-нибудь, когда болезнь отступит, наверное, можно будет назвать княжну «симпатичной» или там «милой»… Но не сейчас.

— Но буду честен, — продолжал старый воин, — меня больше заботит мир между нашими народами. Девнарш слишком импульсивен и взбалмошен для того, чтобы держать наши земли. Победа ударит ему в голову, и его обязательно потянет на подвиги, не сейчас, так позже. На новую войну. Он даже не представляет себе, насколько он для нас сейчас опасен. Его нужно сдержать… пока не наберётся ума.

— Я не позволю к себе прикоснуться, — повторила Хрийз, упрямо сжав губы.

— Позволите, — спокойно возразил старший Рахсим. — Если отец ваш вернётся в Высокий Замок.

Хрийз стиснула зубы и промолчала. Правильно он рассуждает, в общем-то. Логично. Только от этой логики остро хочется схватиться за нож и вогнать его в глаз. Так, чтобы остриё из затылка выскочило!

— Впрочем, может быть, ваш жених победит, и тогда всё, сейчас сказанное, не проявится вовсе.

— Вы хорошо знаете сЧая, — сказала Хрийз медленно. — Потому хотя бы, что вас хорошо знает он. Вы допускаете, что он может не победить?

— А вот чтобы оценить примерный расклад боя, я должен знать всё, что вынесли вы из встречи с Даррегашем, — серьёзно сказал старший посол. — Если он проник в наш мир вместе с вами — а ему деваться было некуда, ведь вы разрушили его последнюю Опору, — то возможны самые разные варианты…

— За шкуру свою боитесь, — поняла Хрийз.

— Не только за свою, — пожал он плечами. — В Рахсимодоле подрастают дети… Есть среди них и те, кого я зову сыновьями.

Хрийз смотрела ему в глаза — карие с золотыми искорками, и видела: не лжёт. Ему страшно за своих детей, а ещё он действительно меньше всего хотел делить мир с Даррегашем. С племянником и то мирился через не хочу, а уж Даррегаша допускать… да на что угодно пойти можно, лишь бы устранить угрозу!

— Вы вернёте моего отца, — твёрдо заявила Хрийз.

Рахсим прищёлкнул языком, покачал головой:

— Не договоримся.