2
0Но только если вы будете держать себя в руках.
— Я буду, — закивала Хрийз. — Буду, буду…
Вот это короткое — «мы верим» — пронизало насквозь как разряд молнии. Все эти могущественные люди, высшие маги, были с ней, были за неё, а это значило только одно: Рахсимам конец. Нечего, потому что опускаться до такого вот гнусного шантажа!
— А ну-ка… — сЧай поднялся, вместе с тем поднимая на руки и Хрийз.
Та попыталась было вырваться:
— Не в этот раз, ша доми, — сурово сказал ей сЧай, и с ним не захотелось спорить.
— А… — Хрийз вывернулась, чтобы посмотреть на отцовского геворка.
Гром стоял, опустив голову, безучастный ко всему. Разлука со своим человеком всегда даётся фамильярам непросто, Хрийз это помнила по Яшке.
— О нём позаботятся, — успокоила девушку Сихар. — К вечеру, я думаю, вы сможете его навестить. Ему будет полезно, полезно будет и вам. Я думаю, он позволит вам больше, чем кому бы то ни было другому. А прогулки в седле будут вам только кстати…
Вечером солнце расплескало над морем ало-коричневую с золотой прозеленью зарю. Гром, отмытый, причёсанный, без колтунов с репьями в хвосте и гриве, шёл медленно, осторожно переставляя по гравийной дорожке тонкие ноги. Хрийз держалась за стремя — сесть в седло просто не посмела, вот как шлёпнется наземь, так мозги от удара о землю сразу и вылетят, Рахсимам на радость. Лилар шла рядом, готовая поддержать в любой момент.
Странным образом после истерики с выбросом силы телу стало намного легче. Ещё вчера о прогулке в замковом парке нечего было и мечтать: Хрийз с трудом добиралась до галереи, возвращалась оттуда мокрая, как мышь, от слабости и усталости. Теперь она чувствовала прилив сил, и знала, что может отныне позволить себе намного больше прежних куцых ползков вдоль стеночки в собственных покоях.
Счастье — это просто. Это действительно очень просто: поддержка любимого человека и крепнущее с каждым днём тело. Всё остальное — наносное, как сухой песок на ладони. Дунь на него, и он улетит.
Море тянуло к ногам и никак не могло дотянуть, мешали скалы, солнечную закатную дорожку. Хрийз неприятно вспомнился закат на Земле, по которому пришлось уйти из дома, где прошло детство, от женщины, которая берегла как могла дитя двух миров, единственную дочь. Вспомнился Олег и его последняя битва. Девочка Карина, избежавшая страшной участи всех жертв злого мага, выжиравшего пойманные души до самого дна.
Он где-то здесь, Даррегаш Рахсим, последний маг сдохшей Опоры. Где-то здесь… Может, вернулся в обличии племянника? Может, вышиб душу из тела какого-нибудь жителя Сосновой Бухты.
«Я тебя найду, гад!» — яростно пообещала Хрийз. — «Я тебя уничтожу, сволочь! Тебе не жить, так и знай»
Слышал Даррегаш её мысли или нет, осталось неясным.
