Пару недель назад трудовой коллектив Таганского суда облетела благая весть: наш председатель, Анатолий Эммануилович Плевакин, тряхнул своими обширными связями и выбил для нас нехилые скидки на путевки в подмосковный дом отдыха.
– Заграницы – это нынче не вариант, Сочи и Ессентуки честным судейским не по карману, а отдыхать и поправлять здоровье в то время, когда… Гхм… Ну, сами знаете.
Шеф из каких-то суеверных соображений старался не произносить вслух слова «пандемия» и «коронавирус». Как будто COVID‐19, названный по имени, моментально материализуется и нападет на наш здоровый трудовой коллектив.
– Короче, отдыхать и оздоравливаться будут все, я прослежу, и чтобы никаких там «А я как раз хотел заняться ремонтом в квартире» или «Моей бабуле в деревне надо помочь картошку копать», – объявил Анатолий Эммануилович на специально созванном общем собрании. – Отпуска по графику, у кого дети на дистанционке и супруги на удаленке – можете брать их с собой, с «Сосенками» есть договор, что скидки распространяются на всю семью.
– Золотой человек наш начальник! – чуть не прослезилась растроганная Машка.
Она, как я знала, собиралась в отпуск к свекрам в деревню, и строгий указ Плевакина обрадовал ее не меньше, чем заключенного – неожиданное освобождение по УДО.
Машка первой из наших убыла в «Сосенки», причем семейство свое оставила дома, здраво рассудив, что в одиночестве отдохнет вернее и лучше. Тем не менее куковать в подмосковных лесах в одиночестве подруга не собиралась: наши с ней отпуска пересекались на полторы недели, и Машка активно агитировала меня провести это время вместе.
И вот я ехала в «Сосенки», чтобы осмотреться там и решить, покупать ли путевку.
Однако по мере отдаления от шумного загазованного мегаполиса идея провести пару недель вдали от цивилизации казалась мне все более привлекательной. За городом было так красиво! Леса как раз оделись в багрец и золото, а небо еще не выцвело и казалось полным свежего ветра парусом из синего шелка.
По лобовому стеклу «Хонды» то и дело скользили желтые сердечки березовых листьев, потом дорога потянулась через просвеченный солнцем бор и сделалась поперечно-полосатой, как хвост енота, от теней высоких стройных сосен.
Я опустила стекло, чтобы дышать свежим воздухом, ощутила запах хвои и, кажется, грибов – на тихую охоту я давно уже не ходила, вынужденно довольствуясь магазинными шампиньонами, которые почти не пахнут.










