6
0— Но, знаете, человек не военный, с дисциплиной у него того… сам понимаешь, — как-то незаметно и просто перешел Басалаев на «ты», и Рябченко этот переход принял охотно — сам не любил надоевшие эти уставные «выканья».
— Как служба идет, Толя?
— Идет, — ответил Рябченко неопределенно: говорить с малознакомым человеком более откровенно в его положении было нельзя. Всему свое время.
— Чем там в части командуешь? Столовой? Баней? Или складом каким-нибудь?… Насколько я помню армию, прапорщики на таких должностях.
— Ну, это к делу не относится, Борис, — довольно строго сказал Рябченко, и Боб тут же, без всякой обиды, согласился с ним:
— Да конечно не относится. Это я так, просто. Форма, знаешь, воспоминания навевает. Увидел военного, сразу вспомнил… А я уже лет двенадцать назад солдатскую эту шкуру скинул. Да-а… Надо же, вроде недавно было. Но давай о деле, Анатолий. «Сигаретка» твоя мне понравилась, купить не против, и причем не одну. Я тебе и прошлый раз так говорил. Принес?… Только не здесь… — он глянул на старичков.
— Сегодня нет ничего, Борис, — повел свою линию Рябченко. — И неизвестно, когда будет. Это мы так, купили по случаю…
— С кем купили? — быстро спросил Басалаев.
— Да с женой, Валентиной. Тоже понравились «сигаретки». А потом деньги понадобились, комплект шин для «Жигулей» подвернулся. А цены сам знаешь какие.
— Цены бешеные, — согласился Боб. — Ну и что?
— А что? Мы подумали — шины важнее.
— Так я не понял: золото продали? Или как? Чего тогда пришел? — играя улыбкой, без нажима спрашивал Боб, а мысль его напряженно при этом работала: «Темнишь, прапор, темнишь. Осторожничаешь, меня прощупываешь. Что ж, это правильно, но золото у тебя есть. И главное, не спугнуть тебя сейчас…»
Рябченко не спеша закурил. Размышлял намеренно вяло, как бы даже с неохотой, вынужденно:
— Да, может, и продала жена, я точно не знаю. Но сказала мне, мол, поговори с теми людьми…
— Ладно, поговорили, — с огорчением вздохнул Басалаев. — Я думал, ты принес, вот и деньги прихватил. Зашли бы сейчас в ювелирный, у меня там знакомая, проверили, да и по рукам, — он хлопнул себя по заметно оттопыренному карману, в котором лежали, однако, лишь документы на машину, права и записная книжка. — Но раз нету… На нет и суда, как говорится, нет. В другой раз давай. Спешить не будем.
— Правильно, — согласился Рябченко. — Чего спешить? Дело серьезное, люди должны быть проверенные, надежные.
— Уважаю военных людей! — засмеялся Боб. — Все у них расписано и продумано. По уставу. В общем так, Толя. Позвони мне, а? Или давай я сам тебе позвоню. Какой номер?
— Нет, звонить я буду сам, — решил Рябченко.
