6
0Что это? Не подлость ли извергов рода человеческого? Вы, дети гор и сыны Кубани! Как вы смотрите на это? Слышите ли вы, как бесчеловечно поступают с теми, кто посвятил себя делу трудящихся? Кровь наших товарищей вопиет об отплате, и мы уверены, что трудящиеся массы области сделают это, что мозолистая пролетарская рука отплатит за смерть товарищей. Она могучим ударом раздавит гадин, делающих поползновение на представителей рабоче-крестьянской Советской власти.
Областной революционный комитет и отдел ГПУ заявляют, что борьба с бандитами будет беспощадная.
«Кого же видел Пуханов на улице в Краснодаре?» — ломал голову Крикун, хотя он и сказал начальнику: «Пока не нашли». И как найти того неизвестного только по приметам, которые были настолько скудными и общими, что могли подойти чуть ли не к каждому мужчине средних лет и среднего роста? Ни фамилии, ни имени, ни звания, ни родных и близких разыскиваемого Крикун не знал.
Начальство, интересовавшееся розыском неизвестного, пока обходилось без упреков и недовольств, но время шло, а Крикун ничего определенного доложить не мог, кроме как «ищем» и своей уверенности в том, что рано или поздно «контру найдем». Эта уверенность жила в нем твердо, и он настойчиво ее внушал всем тем, кто имел отношение к розыску.
На одном из совещаний в отделе Крикун попросил слова и еще раз напомнил присутствовавшим приметы неизвестного, которого видел Пуханов в Константинополе, а впоследствии встретил на улице в Краснодаре. Сотрудники отдела, выслушав Крикуна, усомнились в том, что по таким весьма расплывчатым приметам можно найти подозрительного.
— Любой встречный подойдет, хватай его — и приметы сойдутся, — сказал со смешком кто-то из сотрудников.
Крикун решил еще раз встретиться с Пухановым. Не допрашивать, а повести наедине непринужденный, даже доверительный разговор по разным вопросам, но главным образом — о неизвестном, который тому случайно встретился в городе. Крикуна не покидала надежда получить что-нибудь новое, докопаться до каких-нибудь особых примет, за которые можно было бы уцепиться и повести розыск по всей Кубани.
— Ну и задал ты мне загадку, — угощая махоркой Пуханова, сказал ему Крикун. — А может, обознался?
— Я мог бы не говорить.
— Видел и по-честному сказал.
— Ото, тебе засчитают на суде.
— Засчитают, жди... — усомнился Пуханов. — Но это доказательство моего полного раскаяния.
— Да... Так какой же он из себя? — спросил Крикун так, как будто и не задавал этого вопроса раньше.
— Какой-то лохматый...
— Лохматый? — удивился Крикун. — Так...
— Волосы у него пластами во все стороны, густые с проседью. И вообще, лицо у него приметное.
— Оно — как у крота: остроносое, с маленькими глазками, а над ними шапка лохматых волос.
