6
0— А иначе, какой из вас будет работник?
Оперуполномоченные Попов и Гладышев за короткое время установили прижизненные связи погибших (в больнице от ран умерла еще одна женщина), беседовали с ранеными и железнодорожниками, но это мало что дало. Военнослужащий Тафеев, к которому ехала жена, оказался майором, служил в штабе части, категорически отрицал даже саму мысль о мести. Он был подавлен случившимся, плакал, не стесняясь своих слез, говорил, глядя на стоявший на столе портрет миловидной женщины, что жили они с Любой душа в душу, вырастили сына, который пошел по его стопам и учится сейчас в военном училище…
Уезжали чекисты от майора Тафеева с тяжелым сердцем.
Отпала версия о мести еще одной женщине: она приезжала в гости к сыну в Придонск. Кто и почему мог ей мстить? За что? Женщина лежала в больнице в райцентре, недалеко от станции Лысуха, транспортировать ее в город было опасно. Говорила она с трудом, да и рассказать ничего существенного не могла: не видела, не обратила внимания, не помнила… Тем не менее мстить ей тоже никто не собирался, в этом она была убеждена.
Оставалась судья Буканова. Ее дочь рассказала Русанову (Виктор Иванович попросил женщину зайти в управление), что Галине Андреевне конечно же могли мстить. Судьей она была принципиальной, с подсудимыми держала себя строго. Но никто и никогда прямых угроз ей не высказывал, а что у людей на уме — одному богу известно.
Виктор Иванович слушал дочь судьи, зрелую уже женщину, мать двоих детей, с заплаканными глазами и черной косынкой на голове, сочувствовал ей, пытался утешить.
…Спустя несколько дней Попов и Гладышев принесли из суда несколько дел, которые прошли через руки Букановой. Виктор Иванович внимательно читал их — и обвинительные заключения, и решения суда. Дела были как дела — и убийства, и крупные хищения с завода, и изнасилование, и хулиганство. Таких дел в любом суде — десятки, сотни. Осужденные отбывали наказание, кое-кто из них уже вернулся. Русанов вглядывался в лица на фотографиях — неужели кто-то из этих людей поднял руку на народного судью, да еще уничтожил при этом невинных людей?
Лица на фотографиях были малосимпатичны, если не сказать большего, и все же Виктор Иванович сдерживал эмоции — он не имел на них права. Нужны факты, доказательства. Он, начальник отдела госбезопасности, должен иметь прежде всего их, а его личные симпатии и антипатии к осужденным ни при чем.
Виктор Иванович решил, что нужно проверить в первую очередь тех, кто вернулся из колонии. Их набралось пятеро. Выписал столбиком фамилии:
Потом позвонил в фотолабораторию, попросил старшего лейтенанта Баранова зайти, и тот скоро явился к нему в кабинет, выжидательно и спокойно смотрел на Виктора Ивановича, ждал.
Русанов положил перед ним пять фотографий.
