6
0Каменцев между тем делал быструю карьеру: стал сначала завсекцией в своем универмаге, потом заместителем директора, директором магазина и, наконец, перебрался в областное управление торговли. Друга юности по барахолкам он не забыл, взял его в свою контору, на теплое местечко, но как только заговорили в стране о возрождении кооперации, трудовой инициативе и частном предпринимательстве, Каменцев тут же посоветовал Гонтарю взять «свое дело», организовать — не без его, разумеется, помощи — торгово-закупочный кооператив. Вадиму Иннокентьевичу нужны были этот кооператив и такой его руководитель, как Михаил Гонтарь; с их помощью можно было почти открыто делать большие деньги. Механизм этого «бизнеса» был примитивным: из государственной торговли изымался тот или иной ходовой товар, который продавался по «кооперативным», договорным ценам. Понятно, во всех этих торговых «операциях» был определенный риск, но риск существует в каждом мало-мальски творческом деле. Тем более что государство стало поощрять предприимчивых людей, по сути закрыв глаза на спекуляцию.
Так и «трудились» рука об руку Каменцев и Гонтарь. И, само собой, процветали. Ловили момент! А момент был самый подходящий: политики погрязли в своих заумных и бесконечных спорах, рвались экономические, торговые связи внутри страны, и уже на третьем году перестройки ходовые товары превратились в дефицитные и остродефицитные, и радость от этого была только на лицах торговых людей.
— Время для нас золотое, Миша, — усмешливо рассуждал Вадим Иннокентьевич. — Зачем торговле крепкая государственная власть? Ни к чему она. В мутной водице рыбка лучше ловится. Только ты не увлекайся, не воруй. И законным путем сейчас можно сделать очень хороший бизнес. Законы ведь никто не исполняет. Если для нас кто и опасен теперь — так это чекисты. Им хлеб свой надо отрабатывать, реабилитироваться в главах общественности. Вот они и стараются. С Чека, Миша, ухо востро надо держать. Это люди идейные — и потому страшные. Лучше с ними не ссориться, обходить их стороной. И повода к ненужному интересу к своей личности не давать. Торгуй потихоньку, живи неброско, в глаза другим не лезь… Ты вот «мерседес» себе купил… Не одобряю. Заметно. На всякие мысли сограждан наводит.
— Не удержался, Вадим Иннокентьевич. Очень уж хотелось купить именно эту машину.
— Вот-вот, не удержался, азарта в тебе много. Он тебя погубить может. Шиковать любишь. Зря! Подождать надо. Богатые всегда пролетариев и обывателей раздражали. Сами не умеют и не хотят делать деньги и другим не дают. Психология социализма, социальной справедливости. Марксисты задурили головы миллионам — и что получили? Разруху и недовольство. Ну ничего, теперь, кажется, налаживается порядок-то в России. Подождем.
