6
0— Именно так, — подумал вслух Виктор Иванович, когда Коняхин принес ему телеграмму. — Я это предполагал. Что ж, будем искать дальше.
Он позвонил генералу, сказал, что есть необходимость встретиться, и прошел в его кабинет.
Выслушав Русанова, Иван Александрович заметил:
— Ну, факт, что его не оказалось в Нижпем Тагиле, еще не самый страшный. У Криушина могла не состояться женитьба, не устроился в Нижнем Тагиле на работу, не повезло с жильем — мало ли что могло случиться? Хотя он мог изначально ввести в заблуждение следственные органы, допускал такую мысль, что его будут искать. Человек умный, предусмотрительный, будем это иметь в виду. Но мы теперь знаем, что он был связан с Мамедовым, занимался хищением золота с завода или же выполнял какие-то иные функции… Нужно установить все его прошлые заводские связи, изучить окружение Криушина на «Электроне»: с кем общался, с кем дружил.
— Жил он довольно замкнуто, Иван Александрович, — рассказывал Русанов. — На заводе установить какие-то устойчивые его связи пока не удалось.
— Может, замкнутый характер, а может, конспирация. А женат он не был, не уточняли?
— Не был. Так, во всяком случае, уверяла нас комендант.
— Но, полагаю, связи с женщинами у него все-таки были, Виктор Иванович?
— Предположить можно, товарищ генерал. Отработаем, проверим.
— Хорошо. Что с Кировабадом?
— Постановление на обоих Алиевых оформлено. Надо ехать.
— Так. Поезжайте. Попросите там помочь местных чекистов. Во избежание всяких недоразумений.
Генерал полистал принесенную Русановым папку.
— Это хорошо, что мы вышли на «Электрон». Адрес хищений теперь известен. Ясно, что на заводе действует отлично законспирированная группа раcхитителей. И надо бы нам найти сначала Криушина. Если он признается, даст нужные нам показания, то… Бывшие его связи на предприятии нужно установить как можно быстрее, Виктор Иванович, нам потом легче будет с Криушиным разговаривать.
— Установим, — заверил Русанов. — И самого Криушина найдем. Хотя наш Союз и велик, но человек не иголка, отыщется.
— Ну, желаю успеха, — кивнул генерал и, как всегда, мягко, подбадривающе улыбнулся, сощурив яркие голубые глаза.
Светлана Рогожина и Сергей Русанов знали друг друга с детства: ходили в одну школу, много времени проводили вместе. Взаимную их симпатию дворовые мальчишки и девчонки заметили давно, поддразнивали, как это принято, женихом и невестой, которые вылеплены из теста, а на дверях Светланиного подъезда писали мелом извечное: «Светлана + Сергей = любовь».
Оба они серьезно относились к своим чувствам и дружбе, им нравилось общее внимание школьных товарищей, а больше всего нравилось бывать вдвоем.
