Смело стиснул талию, с трудом сдерживая себя, чтобы не начать гладить её бедра у всех на глазах.
Я всегда чувствовал, что в Ольге много огня, но только недавно признал: она зажигала меня так, что ещё чуть-чуть и сгорю без остатка. Впервые со мной такое. Впервые я полностью терял разум, находясь с женщиной. Впервые я зверел, глядя, как на неё смотрят другие.
Ревновал, хоть и не был знаком с этим чувством. Раньше было как-то всё равно. Не держался за других девушек, да и сам не держал.
С ней - иначе. С ней ВСЁ иначе. Эмоции, что испытывал, радовали и пугали одновременно. С ней я узнавал себя нового.
Развернул к себе лицом, притянул и снова впился в губы жадным поцелуем. Гладил её спину, запустил пальцы в обожаемые тёмные волосы, Ольга со всей страстью отвечала на поцелуй.
Манипулировала мною, околдовывала. Заставила примчаться в клуб, хоть я не горел желанием.
Заставила ревновать её, любоваться, желать всей душой, всем телом.
Пора признать: от этой женщины сносит крышу. Я попал в её сети. Вот только выбираться из них мне совсем не хотелось.
После потрясающего секса мы без сил рухнули на подушки. Пытались отдышаться, угомонить бешеное сердцебиение.
Положил руку на её бедро, впился в него пальцами, властно притягивая к себе. Ольга прыснула.
— Не царапайся, - промурлыкала.
Я удовлетворённо выдохнул и заулыбался во все тридцать два:
— Я не царапаюсь, Ольх. Я кот, который... - подмял её под себя и игриво прикусил кожу на плече, -
который исключительно кусается.
— Андрей! - засмеялась Оля. - Прекрати! Следы от зубов останутся!
— Ну и пусть, - взглянул на свою разомлевшую красавицу. - Пусть все мужики, которые решат позариться на тебя, знают, что у Ольги Ярцевой есть тот, кто её…
— Кто её - что? - вскинув бровь, с претензией спросила она.
— Есть тот, кто её... - начал покрывать поцелуями каждый сантиметр её кожи. - Кусает.
И в доказательство своих слов снова впился зубами в её нежную кожу.
— Гордин! - завизжала Ольга и снова звонко рассмеялась.
А потом застонала... Громко, сексуально, я обожал слушать её стоны, обожал смотреть, как прикрывает глаза и в удовольствии выгибается. Обожал сводить с ума и сам от этого растворялся в экстазе.
— выдохнула она возбуждённо, и у меня опять снесло крышу.
— С-с-с! Зараза! — выругался я, обжёгшись о сковородку.
Приложил палец к губам, думая, ничего ли я не забыл.
Я готовил завтрак: омлет с овощами и итальянскими травами. Обычно я так не заморачивался, но сегодня вот захотелось. На соседней комфорке варил кофе, то и дело поглядывал на часы. Уже одиннадцать, и Ольга проснётся с минуты на минуту.
— Андрей! - крикнула она из спальни.
— Я возьму одну из твоих футболок?
— Ольк, квартира в твоём распоряжении! Бери, что хочешь.










