0
0Мне доложили, что вы имели беседу с одним из обратившихся, — будто бы между прочим бросил он, но глаза внимательно следили за реакцией. — Не расскажете, о чём?
Интересно, кто напел. Видели моё общение с Красным Гребнем сразу несколько человек, но слышать не могли. А если бы услышали, то вопросов ко мне сейчас оказалось бы ещё больше.
— Сложно назвать это беседой, но вам не соврали. Монстр говорил со мной, — кивнул я. — И мне показалось, будто бы его телом управлял кто-то разумный. Кто-то оттуда.
Он повернулся, следуя моему взгляду, и воззрился на пелену между нами и Европой.
— Разумная тварь Изнанки? Этого не может быть! — безапелляционно возразил комиссар. Можно только порадоваться такому неведению, жаль, что скоро всё изменится. Шибанов торопливо заговорил, словно убеждая меня:
— Должно быть, мы столкнулись с обратившимся Призывателем! Он же каким-то образом сумел склонить к Скверне своих товарищей, и вот этот элемент мы обязаны изучить обязательно. Пробуждать её в живых людях… Такого не было никогда! Что за речи Зуброва… Вы ведь знаете, что некоторое время Призыватели способны контролировать своё сознание, прежде чем окончательно не отдаются Скверне? Полагаю, с ним вы и общались. Но разум у порождений Изнанки! Это ведь невозможно! Вы представляете, что может произойти, если чудовища объединятся⁈
О, кто, как ни я, мог…
— Вы комиссия, вы и решайте, что там произошло, — уклонился я от ответа. Не тот человек передо мной, чтобы убеждать в своей правоте. Этот мир ещё не готов к истинному положению вещей. — Я излагаю то, чем был свидетелем. Мне продолжать?
— Да-да, ваше благородие, конечно! — смутился комиссар. — А что именно он говорил?
Я нахмурился, сделав вид, что вспоминаю, потом задумчиво проронил:
— Он сказал, что процесс начался. Что люди слабы. Что они охотно слушают его голос и их много.
Даже врать не пришлось. Шибанов же нахмурился и уточнил, слегка разочаровано:
— И всё? Вы можете дословно повторить сказанное?
— Только не говорите три, ваше благородие. Я хочу ещё немного послужить Его Императорскому Величеству! — с тонкой улыбкой сообщил он и промокнул лоб.
— Это зависит исключительно от вас, господин Шибанов.
Комиссар страха не показывал, но чувствовалось, как он нервничает. Не перегнул ли я с этим, интересно? А ну как в обморок грохнется? Неловко потом будет объяснять следующему члену Комиссии, почему предыдущий посланник пал жертвой моего счёта до трёх.
— Вы такой серьёзный молодой человек, ваше благородие, — признался Шибанов. — Впервые с таким сталкиваюсь, призна́юсь честно. Позвольте, я помучаю вас ещё вопросами? Если вы, конечно, не спешите.
— Я не меньше вашего заинтересован в том, чтобы определить новую угрозу, господин Шибанов, — пошёл я к нему навстречу. — Это, всё-таки, мои земли.
