Выбор для Анны

Тот прочел и любезно улыбаясь обратился к дамам:

– Леди Баринда, скажите пожалуйста, откуда у вас этот браслет?

– Этот? – девушка удивленно покрутила безделушку, – бабушкин подарок, я его никогда не снимаю.

– Ваша бабушка, морвейн Бранвейн?

– Да, – юная леди улыбнулась, словно вспомнила что-то приятное, – бабушка надела мне его в три года и велела носить не снимая.

Вскоре Гален отпустил Баринду, но задержал ее мать:

– Леди Клеймор, что вы можете сказать о браслете?

Дама оценила ауру сыщика – обычную человеческую, тщательно натянутую поверх разноцветных всполохов силы бастарда высокого рода, после графиня аккуратно подбирая слова сказала:

– Род Клейморов славится сильными морскими магами, – Гален поощрительно кивнул, – но в столице нет моря.

Тоска по нему могла бы вызвать у Баринды серьезное расстройство, к тому же она девушка, ее магия войдет в силу только после брачного ложа. Зачем травить юную душу невозможным и несбыточным? Поэтому наша дочь носит ограничитель.

– То есть любой маг не знающий о традициях рода сочтет девушку обычным человеком?

– Не совсем, некоторые способности пробиваются и в минуту опасности ограничитель не поможет, сила крови и рода сметет все заслоны, – признала леди, – но в обычной ситуации да, Баринда выглядит и ведет себя как обычный человек.

– Благодарю вас, леди Клеймор!

Гален рассыпался в любезностях, уверял, что полиция приложит все старания, а Дрэйм тяжко думал. Он вспомнил, где видел такой браслет – на руке леди Мелиссы.

Завершив допрос, сыщик устало собирал бумаги в потертую кожаную папку и насвистывал мотивчик из модной оперетки. Воспитание данное ему отцом включало посещение оперы, театра и представлений королевской Академии Искусств.

Маркиз очнулся от размышлений, услышал мелодию, вздрогнул. Песенка была навязчивой, и пелось в ней о деве у ручья, рыдающей о возлюбленном уплывшем за моря. В доме морского министра каждое упоминание соленых вод приносило дыхание магии. Сыщики об этом не знали или позабыли, зато теперь маркиз с удивлением таращился на стену, обшитую сине-зеленой тафтой. По шелковой ткани бежали тени, в виде рыб, колыхались водоросли, даже запах в комнате наполнился соленой влажностью!

– Гален, – Ринкот дернул сыщика за рукав, – надо бы со старыми слугами поговорить, может магия дома что-то сохранила?

Бастард принца выпрямился, увидел тени, вздрогнул, его род имел огненную магию, поэтому духи рода жили в каминах, свечах, в источниках огня, а ведь вода есть всюду, даже в воздухе! Осознав это, сыщик выругался:

– Вечно ты Ринкот найдешь что-то из-за чего тут до утра торчать придется!

Он отбросил свою привычную маску «простачка» и это означало, что лорд-сыщик действительно устал.