Вторая попытка (СИ)

Новые дальномеры позволят вести бой на полусотне кабельтовых, и это отнюдь не предел. А на такой дистанции отличить всплеск девятидюймового снаряда весом в одиннадцать пудов от двенадцатидюймового, что тянет на двадцать четыре пуда, даже для опытного наблюдателя станет очень сложным делом, несмотря на отличную оптику. Возрастет число промахов из-за неверных оценок, трудно будет корректировать стрельбу, управлять огнем. В случае стрельбы из пушек одного калибра, как на наших новых действительно линейных кораблях, такого не будет. По неприятельскому броненосцу можно будет вести пристрелку из носовой и кормовой башен одним орудием, а потом стрелять полузалпами, каждые полминуты обрушивая на врага по четыре 305 мм снаряда. Тонкая броня, «размазанная» по всему борту как каша в тарелке, не может тут являться какой-либо серьезной защитой, попаданий в противника будет намного больше — ведь стреляющих орудий банально вдвое больше. Нашим линкорам такая защита не нужна — с увеличением дистанции боя шести и восьми дюймовые пушки не станут представлять для них угрозы. Потому бронировать нужно только главный пояс, причем серьезно — в двенадцать дюймов крупповской брони, в оконечностях до восьми. Отличная защита нужна и артиллерии — пушки должны вести огонь до последнего снаряда в погребах. А вот противоминным орудиям защита нужна только противоосколочная, зато нужно поставить их много, чтобы возможные потери не принесли ущерба. Вот почему, государь, я считаю такой корабль идеалом — имея возросшую мощь машин, он способен дать ход в двадцать узлов и легко догнать противника, как и уйти от вражеской эскадры. Настигнуть его смогут австрийские или итальянские броненосцы, но они слишком ущербные, чтобы сражаться с «Гангутом» даже парой против одного.

Рожественский остановился, и закурил, имея на то разрешение от царя — монарх относился к нему очень внимательно.

— Наш новый «Гангут» выйдет очень дорогим — вы настояли, чтобы его водоизмещение было не меньше восемнадцати тысяч тонн, вместо изначальных шестнадцати. И при этом возросла на полтора узла только скорость. Но ведь в бою в линии она не так важна — скорость эскадры измеряется движением самого ее тихоходного корабля.

— Они и не должны сражаться в одной колонне с броненосцами, государь, а действовать от них отдельно. Имея преимущество в скорости представлять для неприятеля угрозу везде, где только можно — противник откажется от рассредоточенных действий разными отрядами под угрозой неизбежного истребления. И водоизмещение должно быть с запасом — появляются новые технические новинки, которые необходимо немедленно внедрять.