Вторая попытка (СИ)

Участь флота предсказуема — или прорыв эскадры во Владивосток с неизбежной потерей всех тихоходных кораблей, либо рассеивание по нейтральным портам. Но скорее по примеру севастопольской обороны вести огонь до последнего снаряда по осаждающим, а командам отправится десантными ротами на берег, где и погибнуть со славой

Рожественский сидел молча, курил, потрясенный словами Бэра — удивительное предвидение уже случившегося хода войны. А тот продолжал также, но отнюдь не сухо, прорывались эмоции.

— И прибытие подкреплений с Балтики ничего не решат — японцы разбили их по частям. Потому осторожную сдержанность плана военного министра назвать не иначе как преступной нельзя, это не иначе как поразительная недальновидность, в которой совершенно не учитывается активная роль действий армии и флота. Ни в коем случае нельзя выпускать японцев из занятого ими на южном берегу Кореи плацдарма, дабы они не распространили свое влияние на Маньчжурию и не использовали численное превосходство отмобилизованной армии. И теперь, с приходом в Дальний «Ростислава» и Учебно-артиллерийского отряда контр-адмирала Фелькерзама, этого можно добиться, пусть и с трудом, используя только имеющиеся там силы. С подходом эскадры вице-адмирала Чухнина, войну нам следует начинать немедленно, воспользовавшись любым удобным поводом, и вести ее исключительно силами флота. Армия же должна полностью занять Корею, истребив там немногочисленные японские войска, которые там успеют высадиться. У нас сейчас там два отряда броненосцев по пять вымпелов в каждом, и три «рюриковича» во Владивостоке. Через десять недель подойдут еще шесть броненосцев и броненосный крейсер — нападать следует сразу, пока эскадра противника не усилилась, и имеет всего двенадцать вымпелов!

Слова были произнесены с неистовой убежденностью в успехе. Рожественский пока промолчал, подошел к окну — на деревьях начала желтеть листва, горячее лето заканчивалось, подступила осень. Солнечный луч отразился на золоте погон, где чернели уже по два «орла» — чин получил вместе с лентой и звездой на правую половину мундира. И теперь уже вице-адмирал, он должен доказать, что «благосклонность» не зря проявлена. И повернувшись к Бэру, тихо произнес:

— Подготовьте план, и напишите депешу Степану Осиповичу…

— Роман Исидорович, ваши полки высаживаются в первой волне десанта, а как показали проведенные учения, высадка на берег идет крайне медленно. Один полк мы высадили за семь часов, что непозволительно долго. Но то не ваша вина — для меня самого это дело внове, не думал, что столько проблем окажется. Но раз ошибки мы выявили, то теперь их нужно устранить, и осуществить повторные учения.