Вторая попытка (СИ)

Поездка в далекую Маньчжурию показала жуткие картины воровства и казнокрадства, и «очковтирательства» армейских генералов с военным министром, что фактически «покрывал» эти вещи своим авторитетом. Но не было бы этой неприглядной картины, так не пошел бы Куропаткин на уступки, снимая с себя всю ответственность. Дело в том, что к строительству укреплений в Порт-Артуре серьезно не приступили, вот только деньги уже были потрачены на возведение Дальнего, куда материалы, в первую очередь цемент, и поступали, «проходя» по отчетностям. Причем их стоимость была значительно завышена, а качество ухудшено. Влезать в это «дерьмо» Зиновий Петрович не стал — раз флот взял на себя всю ответственность за оборону Квантуна. Витте выделил остаточное финансирование на подготовку броненосцев к плаванию, на спешную достройку доков и города, на укрепления перешейка, на закупку новых кораблей. Но всем своим нутром Зиновий Петрович чувствовал, какие чудовищные средства были растащены казнокрадами, причем самим наместником, который на пару со статс-секретарем Безобразовым впутал в корейские концессии на реке Ялу даже императора. Причем вырубленного леса хватило на один пароход, на второй загрузили купленные по дешевке бревна из Америки. И якобы полученную от продажи «прибыль» передали на счет министерства Двора

Рожественский, узнав про это, промолчал — теперь он ясно видел, что близь престола стоит влиятельная группировка, которая готова любым путем спровоцировать войну с Японией. И он невольно встал в ее ряды, получив негласную ми мощную поддержку. Потому властный наместник Алексеев, даром, что императорский бастад, смирил свою натуру и уже не мешал Макарову готовить флот к войне. А ведь прошлый раз наместник даже с ним разругался, постоянно требуя присылки подкреплений, а он сам, находясь в неведение, не придавал этому значения. Зато сейчас старался использовать даже малейший шанс, чтобы гораздо лучше подготовится к войне с японцами, благо время еще оставалось, пусть немного, но имелось…

— «Чилийцы» станут слишком опасным противником даже для наших первоклассных броненосцев, Федор Васильевич. Одиннадцать орудий солидного калибра в бортовом залпе — у нас нет таких кораблей, восьмидюймовые пушки у американцев только покупаем.

— Твое перевооружение хоть немного повысило шансы наших старых броненосцев на противостояние в бою. Но теперь нам придется учитывать превосходство этой парочки даже над «пересветами», про «рюриковичей» нет смысла говорить — как только их догонят, то потопят.

— Если бы одно это, я бы не волновался — у японцев «начинка» в снарядах многократно больше наших по весу, причем не порох или пироксилин, а шимоза, чуть мощнее лиддита.