Рыжий доктор

А она? Молоденькая совсем, лет двадцать пять от силы… Она-то что во мне нашла? Я настолько старше… Но до чего непосредственная… Милая… Необыкновенная… Мамашу свою едва терпит, кажется… Почему она вернулась? Неужто чтобы извиниться за мамашу? Или просто чтобы завязать знакомство? А почему, собственно, я не мог ей понравиться? Я нравлюсь женщинам… А какая она прелестная! Само изящество, эти чудные глазищи в пол-лица, серо-зеленые, в пушистых ресницах… И губы, нормальные, не накачанные какой-то дрянью, и тонкие длинные пальчики с нежно-зелеными ноготками… Прелесть девочка! Каштановые волосы, такие шелковистые… Эй, Игоряша, ты часом не спятил? – одернул он себя.

 – Размечтался, как дурак, о молоденькой девочке, мало ли их сейчас, красивых иной раз до изумления… Но в этой есть что-то особенное… Глупо назвать дочь Ивой, но мне почему-то нравится. Просто ты влюбился как последний дурак, с первого взгляда, а она тебе еще и руки целует…

Рыжик мирно спал в капюшоне старой куртки.

– Привет, моя радость! – Он достал кота, прижал к себе, поцеловал в лобик. – Пошли питаться, дружище!

На другой день с утра в отделении царила суматоха… Ночью по скорой привезли знаменитого артиста, мужчину пятидесяти двух лет.

Ему стало плохо после спектакля, но он не пожелал вызывать скорую, поехал домой, а дома его опять прихватило. Жена вызвала скорую, они диагностировали инфаркт.

Дежурил в клинике Матвей Александрович. Пациент ни за что не соглашался на коронарографию, хотя и так было понятно, что ему необходимо стентирование, операция несложная и весьма распространенная. Но пациент не давал согласия.

– Игорь, попробуй урезонить этого идиота! Он говорит, что ему уже гораздо лучше, но ты же понимаешь…

– А жена? Она его уговорить не может?

– Видимо, нет, не может.

Игорь Анатольевич решительно вошел в палату реанимации.

– Здравствуйте. Будете меня убеждать, что мне эта хрень необходима? – довольно язвительно, хоть и слабым голосом произнес больной.

– Нет, убеждать не буду. Я просто опишу вам, что с вами будет дальше, если сейчас не сделать эту поистине пустяковую операцию…

– Запугивать будете?

– Послушайте, Аркадий Станиславович, вы жить хотите?

– Знаете, у моего отца было три инфаркта, и он прекрасно жил с этим без всяких операций… Это мода теперь такая?

– А качество жизни вас не волнует? Со стентами качество вашей жизни практически не изменится, ну, первое время надо будет соблюдать кое-какие правила, а потом… А впрочем, хотите в пятьдесят два года быть инвалидом? Ради бога, это ваше дело.

– Что, вот прямо инвалидом?

– Конечно. У вас обширный инфаркт… А впрочем, это ваш выбор, а мне нет никакого смысла тратить время на уговоры. Но никаких гарантий я вам не дам.