Два сына для сурового папы

Пожалуй, после еды мы с мальчишками сделаем еще один забег наверх, под крышу.

Уж больно много интересного там лежит.

— Мама, а когда мы папу увидим? — Вадим задает вопрос, ответ на который я так старательно избегала все эти дни.

— Скоро, — говорю как можно быстрее пытаюсь придумать новую тему для разговора. От волнения в голову ничего не лезет.

Мы заворачиваем за угол, открываем дверь, заходим на кухню и… я окончательно теряю дар речи.

— Привет, — за столом сидит уставший и бледный Марат.

— Папа! — мальчишки тут же подрываются с места и бегут к нему со всех ног. Я продолжаю стоять на месте. Ноги вросли в пол.

Смотрю, как сыновья подбегают к своему отцу, как лучезарно ему улыбаются. Обнимают. Наперебой начинают рассказывать о своих приключениях.

Марат слушает детей, придерживает. Не отпускает. И неустанно смотрит на меня.

— Ты как? — спрашивает с легкой тревогой. Он понимает, что всей правды сейчас не скажу.

— Нормально, — пожимаю плечами. — Теперь, — шепчу.

В горле ком. На глазах слезы. Радоваться надо, а вот-вот разревусь.

— Иди ко мне, — зовет меня. Делаю шаг навстречу. И тут же оказываюсь в надежных крепких руках.

— С тобой все хорошо? — спрашиваю с надеждой.

— Средней паршивости, — признается. — Жить буду. Меня так просто не одолеть, — подмигивает мне с легкой улыбкой.

— Хоть в чем-то повезло, что ты такой упертый, — шучу. Марат улыбается лишь уголками губ.

— Кому повезло, а кому всю жизнь тебя терпеть, — на кухню возвращается Давид. Он вдребезги разбивает волшебную атмосферу.

— Где Вика? — тут же спохватываюсь. Оглядываюсь по сторонам. Еда есть, тарелки расставлены и на этом все. — Где моя сестра?! — грозно сверкаю глазами на Давида.

— Воу-воу, — выставляет руки вперед в оборонительном жесте. — Тор, успокой свою женщину! — требовательно произносит Давид.

— Сначала скажи, где моя сестра! — напираю на Даву. Если он с Викой что-то сделал, я его на куски порву!

Видимо, мой боевой настрой написан у меня на лице. Потому что Давид тут же перестает шутить и становится серьезным.

— Твоя сестра в безопасности, — произносит не моргнув глазом. — Остальное тебя не касается.

Некоторое время мы стоим друг напротив друга и смотрим в глаза. Раздражение и злость просто зашкаливают.

— Дава, прекращай, — между нами вырастает мощная фигура Марата. — Вику отправил, куда я предлагал?

— Да, — Давид цедит сквозь стиснутые зубы.

— Малышка, — Марат разворачивается ко мне, говорит уже совершенно иным тоном. — С твоей сестрой все в полном порядке, — убирает с моего лица выбившуюся прядку. — Верь мне, — слегка касается кончиками пальцев моей кожи. Мурашки табуном пробегают по всей мне. — Прошу, — добавляет.

— Тебе верю, — словно завороженная смотрю своему мужчине в глаза. Млею.