Два сына для сурового папы

Всегда!

— Марат, я не хочу быть нахлебницей. Я хочу приносить пользу, — нежностью и огнем в своем взгляде Яся буквально прожигает мою душу насквозь. — Позволь мне хоть поесть приготовить. Прошу.

— Нет, — отрезаю жёстко. Она и без того едва стоит на ногах.

Всю нужно из кровати не выпускать. Неделю! Про приготовление пищи и прочие домашние обязанности на длительное время может забыть.

— Почему? — удивляется. Я тихо сжимаю кулаки. Бесит.

— Потому что, — повторяю суровым тоном. Если уж она не понимает причину, то не поймет даже в том случае, когда я ей не объясню.

— Но, Марат, — продолжает выводить меня из себя своей долбанной жертвенностью.

— Молчи, женщина! — рычу на неё. Делаю глубокий вдох, немного успокаиваю свои разгулявшиеся нервы. — Твои предпочтения в еде я помню, — не отвожу от девушки внимательный изучающий взгляд. — Мальчишки что из еды предпочитают? Есть то, что они не едят?

Глава 21

Глава 21

Яся

Ужин прошел в напряжённом молчании. Я не хотела первой заводить неприятную тему, Марат тоже молчал.

Зато без умолку болтали мальчишки. Они делились новыми впечатлениями, которых, к слову, оказалось достаточно много. Леша познакомился со сторожевыми псами. Работающий на Марата кинолог сам подвёл по очереди каждого из псов к Лешке, дал специальные приказы. Мальчикам напомнил, что без взрослых к собакам не лезть и ни при каких обстоятельствах их не дразнить.

Вадим показал Лешке пределы ""границы"", объяснил куда можно ходить, а где проход запрещен. Они активно этим с ними делились. Я слушала в полуха, Марат задавал наводящие вопросы.

Такой своеобразный тихий, семейный ужин. Но я как ни пыталась, так и не смогла расслабиться. Кожей чувствую количество нависших надо мною проблем.

Вика довольно быстро поела и внонь отправилась на улицу. В беседку.

Следом за моей сестрой ушел и Давид.

Мальчишек отправили спать в их новую комнату. Еле уложила в кровати! Эмоций так много, что ребят не угомонить.

А после спустилась к Торковскому. Нам нужно поговорить.

Марат лишил меня телефона, доступа к интернету и социальным сетям. Заставил перед выходом из дома надевать кепку и тщательно скрывать свое лицо.

Как по мне, это все бред. Но разве Торковскому что-то докажешь?

— Значит так, — смотрит на меня своим строгим властным взглядом. — Ты должна мне все рассказать. Мне нужно понимать, с чем, а самое главное, с кем мы имеем дело.

— Я тебе уже объясняла, — продолжаю стоять на своем. — Я не могу обсуждать свое прошлое, — печально вздыхаю. Откидывают назад на стул, закрываю ладонями лицо.

Открываю, поддаюсь вперёд. Смотрю на Марата.

— Пожалуйста, помоги мне и нашим детям исчезнуть, — прошу его. — Сделать так, чтобы нас никто никогда не нашел, — умоляю его своим взглядом и тоном.