Два сына для сурового папы

Разворачиваю любимую к себе и не долго думая впиваюсь в ее губы поцелуем.

— Дети, — шепчет встревоженно.

— Они на улице, — продолжаю терзать пухлые губки.

— Тем более, — хочет вырваться.

— Там охраны полно, — успокаиваю ее. Прикусываю чувственное местечко на шее, слышу сладкий сдержанный стон.

— Ну же, — прошу ее. — Мы одни в доме. Не сдерживайся, — продолжаю провоцировать свою малышку.

— Мммм, — произносит сладостно. — Как же с тобой хорошо! — шепчет прямо в губы и у меня окончательно сносит крышу от счастья, которое стало моим.

Терроризирую сладкий губки, углубляю поцелуй, довожу нас обоих до изнеможения.

Падаем на кровать, сбрасываем с себя лишнюю одежду. Она потребуется позже, не сейчас.

— Иди ко мне, — притягиваю ближе любимую. Она садится сверху на меня.

Мы сплетаемся воедино, плаваем в чувственной страсти. Нам невероятно. Космически хорошо.

— Марат, — зовет меня Асенька вырисовывая замысловатые узоры на моей груди.

— Мм? — сквозь приятную расслабленность спрашиваю у нее.

Мы лежим в кровати, изнеженные и довольные. В такие минуты испытываешь только счастье, ни о чем другом даже не думается.

— Ты бы хотел еще детей? — интересуется осторожно.

— А какая разница? — ухожу от прямого ответа. Ни она, ни я по прогнозам врачей не можем больше иметь детей. Притягиваю любимую ближе, целую в висок. — У нас есть наши мальчики. Это великое счастье. Ведь так?

— Так, — осторожно кивает. — Но есть кое-что, о чем бы я тебе хотела рассказать, — улыбается теплой, нежной улыбкой. Мягкий свет горит на глубине глаз.

— Рассказывай, — сажусь поудобнее. Мне нужно видеть ее глаза.

Ася выбирается из моих объятий, накидывает халат на обнаженное тело, отходит к комоду. Вижу, что она нервничает, но никак не могу понять причину. Ведь все хорошо.

Дрожащими от волнения пальцами она открывает длинную узкую коробку, делает несколько шагов по направлению ко мне.

— Мам, пап, а что вы тут делаете? — в комнату врывается наш персональный ураган.

Лешка бежит за Вадимом, тот за собакой. Они задорно смеются, щенок лает. Наша расслабленная и умиротворенная атмосфера рассыпалась на куски.

Я виновато развожу в стороны руки, Ася улыбается. И в ее улыбке столько света и любви, что хватит на всех нас.

“Так могут только беременные”, мелькает в мыслях. Сердце тут же от счастья принимается стучать чаще в три раза.

— Ась? — зову любимую.

— Что? — спрашивает с загадочной улыбкой на губах.

— Там то, что я думаю? — киваю на коробку, что она держит в руках.

— Не знаю, — лукаво щурит глаза. Опускает руки вниз, хочет забраться на кровать, но в этот момент щенок подпрыгивает и выдергивает коробочку из женских рук.

— Ой, — пугается Ася, инстинктивно прикрывает руками пока еще плоский живот.