7
0Достав телефон, я кивнула, стараться не думать о руках, штанах и прочих неприлично соблазнительных для меня местах Романа Исаева. И о том, как по-семейному это звучало. «Дорогая, у нас закончилось молоко».
Пора было сосредоточиться на действительно важных вещах — работе!
«Майбах» пулей промчался по зарождающимся пробкам. В машине Роман Андреевич даром время тоже не терял. Держа ноутбук на коленях, я настучала под его диктовку порядка дюжины самых разнообразных писем. Юридическая бюрократия не для одноруких, это точно. Одновременно с этим Исаев не выпускал из рук телефон и замолкал только, чтобы сделать глоток воды.
И было при этом всего восемь утра.
Ладно, при таком графике к вечеру точно будешь сыт по горло общением с людьми.
Машина, тем временем, выехала в частный сектор, проскользнула между высоких заборов и, нырнув под шлагбаум, затормозила.
— Выходим, Настя, — скомандовал Исаев. — Руку не предлагаю.
Черт. Опять я вспыхнула, но Роман Андреевич вроде не заметил, как я краснею при любом упоминании его рук. Пальцев. Ох.
Во дворе дома была припаркована желтая машинка, почти игрушечная на вид и с такой низкой посадкой, что «Майбах» рядом с ней казался танком.
«Бугатти» стояла криво, поперек двора, брошенная в спешке, как если бы какой-то мальчик не убрал игрушки. Даже дверцы машины были нараспашку.
Исаев обошел желтенькую, внимательно осматривая со всех сторон капот, фары и дверцы.
— Видите вмятины, Настя? — спросил он, поравнявшись со мной.
— Мы вроде с вами условились на «ты», — кашлянула я. — Нет, не вижу. А почему вы их ищите?
— Владелец машины уверен, что ночью сбил человека. Снова, — ровным голосом ответил Роман Андреевич.
Я покосилась на уютный кирпичный дом, обвитый цветущей жимолостью с розами на клумбах. Это вот так у нас живут серийные убийцы?
После осмотра машины, мы вошли в дом. Внутри было как в настоящем кукольном домике. Резкий контраст с обстановкой в доме Романа Андреевича, где стекло, сталь и блеск ровных поверхностей без ручек идеально сочетались с огромными панорамными окнами без штор. Здесь же, наоборот, было пиршество текстиля. Вязаные пледы на диванах, пуфики для ног и мягкие даже на вид ковры.
— Рома! — нам навстречу вышел парень. — Ты наконец-то приехал!
При виде него у меня отвисла челюсть. Это был очень известный певец, нет, я догадывалась, что у Исаева очень обеспеченные клиенты, но чтобы настолько… И это он убил пятого человека за месяц?
— Привет Ник, — кивнул Роман Андреевич. — Я тебя внимательно слушаю. Будь добр, говори быстро, мы спешим.
