3
0Когда аквариум зацветал зеленой плесенью, она поселялась и на мошонке Арти, в нижней, самой труднодоступной части. Мне приходилось тереть там щеткой, чтобы снять этот гадкий зеленый налет.
Я не любила просить Цыпу о помощи. Арти это возмущало, да и я чувствовала себя совершенно никчемной и ни на что не способной рядом с Цыпой, который все делал быстрее и лучше. Но в тот вечер Арти был особенно беспокойным. Он вертелся, вопил и даже пытался укусить меня, не давая подобраться со щеткой к его интимным местам. Я тоже злилась и уже собиралась плюнуть и бросить щетку, но тут дверь открылась, и в душевую заглянул Цыпа.
– Оли… – начал он, но я не дала ему договорить.
Я подскочила к нему, схватила за руку и затащила в душевую.
– Убери плесень с яиц Арти! – крикнула я.
– Там пришел человек, – сообщил Цыпа. – Он мне не нравится.
Арти раздраженно барахтался под струей горячей воды и смотрел на нас волком.
– Сперва сделай дело, а потом будешь переживать за какого-то там человека!
– Она прямо под яйцами, в складках кожи, и за мошонкой, почти у задницы, – произнесла я.
Цыпа посмотрел на Арти. Тонкая струйка зеленоватого дыма – почти невидимая – поднялась от паха Арти и собралась в легкое облачко, зависшее низко над полом.
– Что мне с ней делать? – спросил Цыпа.
– Спусти в унитаз, – ответила я.
– Нет! – рявкнул Арти. – Она может остаться на стенках и опять перекинуться мне на задницу.
– Хорошо, – кивнул Цыпа.
Облачко зеленоватого дыма уплотнилось до размеров горошины и заплясало в воздухе. Я засмеялась:
– Положи ее в шкаф доктора Филлис, где у нее хранятся трусы.
Цыпа повернулся ко мне:
– Убери эту гадость! Выкинь куда-нибудь! Хоть в океан! Главное, чтобы подальше отсюда! – Арти закрыл кран и принялся выбираться из низенькой ванны, опираясь подбородком о край.
Я помогла ему выйти из ванны и набросила на плечи полотенце.
Цыпа прислонился спиной к двери, скрестил руки на груди и произнес с очень серьезным видом:
– Арти, тот человек хочет с тобой побеседовать, но мне кажется, лучше не надо.
Арти усмехнулся и принялся вращать плечами под полотенцем.
– Он пишет записки, – добавил Цыпа. – Говорить он не может, и у него нет лица.
– Да ну, – усмехнулся Арти.
– Сегодня он был на обоих твоих представлениях, потом пошел побеседовать с Хорстом. Хорст говорит, он расспрашивал о близнецах, маме и Оли и утверждал, что уже с вами встречался.
Арти убедился, что я взяла пузырек с маслом, открыл дверь плечом и выкатился из душевой. Забираясь на массажный столик, он велел Цыпе:
– Скажи ему, чтобы подождал. Приведи его ко мне через пятнадцать минут, а потом спрячься в комнате охраны и не спускай с него глаз. Он какой? Крупный?
– Крупный. Но медлительный.
– Оли останется со мной.
