Крысиные гонки

— Да, много отребья с Мувска в твоё Озерье набежало, много!

— Много, Вовка! И тесно здесь ведь стало! Ты посмотри что творится! И работать ведь, что характерно, никто не хочет! В коммуну сколько? — пять-семь человек за всё время вступило? И на огородах, я бы не сказал, что остальные прям упираются. Девки только, как эти, как стахановки. Под Катькиным руководством. А остальные приезжие… Вот как этот Рома: «- Как нибудь».

— Он, я так понял, намерен тут на накопления прожить?

— Ага. «Я — говорит, — Если нужно будет какой-то продналог платить — отдам деньгами! Или просто — куплю, говорит, у местных сельхозпродукцию — и рассчитаюсь с Администрацией! Запросто, говорит!

— Ну-ну.

Что-то я сомневаюсь.

— У него золото. Я так понял.

— Как думаешь, Дмитриевна продаст ему молоко за золото? И по какому курсу?..

— Наменял, понимаешь, в своё время. Всё, грит, перевёл в презренный металл. Который, грит, никогда и никого не подводил. Хоть во времена фараонов, хоть сейчас, грит. Прям поэтом стал, как про золото заговорил. Только вы, грит, никому!..

— Что ты «грит» да «грит»? Не надо, Вовчик, падать до его уровня.

Особливо нам, чессным деревенским пацанам!

— Жалко, конечно, что кончился приват. Не дом теперь, а какая-то общага.

— Не говори… — Вовчик погрустнел, — Как-то я это всё не так представлял. Без этих идиотских «подселений».

— Все мы «это» не так представляли… «Домик в деревне», запасы, всё есть… Честный труд на своё благо на свежем воздухе… Ага-ага. Так и дали нам «честно трудиться на свежем воздухе». И, чувствуется, эти сюрпризы только начинаются…

— Да уж. Ну что, пойдём этого жулика, то есть коммерса, перевалим от стола? Убираться вообще завтра будем…

— Бабы пусть убираются, то есть женщины.

Две тётки теперь в доме — со стола не уберут? Мы им что, гостиница с полным пансионом??

— Ну, судя по Роме, он так и рассчитывает.

— Вот это правильно. Что мы, Рому с семейством не построим?..

Всё действительно только начиналось; в чём друзьям вскоре пришлось убедиться.

Пока же приходилось «сотрудничать» с новыми жильцами-квартирантами. Избу перегородили занавесками на две половинки; и так-то далеко непросторное жильё стало совсем тесным.

Женщины Ромы, жена и дочка, оказались совершенно неприспособленными к сельской жизни; на следующее после попойки-знакомства утро они (особенно дочка) с явным недоумением восприняли пожелание помочь в уборке остатков вчерашнего пиршества и мытье посуды; впрочем, Инна, поняв вскоре, что вариантов нету, включилась в работу; а дочка же, узнав что в деревне квартирует и Мувский шоу-балет («- Ого?? И Мэгги даже?? Ого! Конечно знаю, кто же её в Мувске не знает!») упорхнула туда знакомиться.