Крысиные гонки

Но слаботочка-то должна работать, надо только найти аппарат, что не надо подключать к электророзетке. Кажется, в комнате у прислуги был такой.

Обычный телефон-трубка, без изысков и потребности в электричестве из розетки, действительно нашёлся в комнате прислуги, рядом с кухней. Владимир перенёс его в отцовский кабинет, воткнул штепсель в телефонную розетку вместо факса, и занялся обзвоном.

Сначала Виталию Леонидовичу. Очень удачно получилось, его дома не было, трубку взяла его дочь Наташа. Очень мило с ней проболтали почти час.

— Вовка, паразит такой, ты когда приехал?? Давай сразу к нам! Папа будет рад, и я… ну, тоже. Нет, где Евгений Павлович я не знаю; и отец тоже не знает; точно-точно, вчера только с ним об этом говорили, уже около месяца не связывались они… А Элеонора — да, звонила, недели три назад, тоже про него спрашивала. Папа через полицию пробивал — нет, никаких следов, может в другую область уехал? Ты когда к нам? Ну чем занимаюсь, чем занимаюсь — каникулы же! Нет, в Мувске давно не была, мы же в Оршанске давно уже живём, папа обломил в этом году молодёжный лагерь, говорит, в молодёжных лагерях сейчас одни козлы.

И козы, хи. Опасно, говорит. Вовк, прикинь, тут никуда не выйдешь, — дыра-а-а-а… — в голосе чувствовалось неподдельное страдание, — Папа и из коттеджа-то без лишней необходимости не велит выходить, только с охранником, — прикинь! А сам это… укреплением коттеджа занимается, сделал из него уже настоящий Форт-Нокс, прикинь, или скорее, Бастилию; велел никому не говорить, но тебе-то ясно что можно!. . Вы у себя там про Бастилию учили, в Америке-то? Вот, Вовк, приедь, спаси меня из темницы! Хи-хи. С Элькой приезжай?.. Что, и Элеонора пропала??.. Ну вы даёте… Ну, вааще-е-е-е… Ну тем более приезжай, что тебе там-то делать, в Мувске-то? А, ну понятно, Оршанск тем более не Мувск, — а меня тебе не жалко?? Вовка-а-а…

… и так далее. Не, нормально поболтали, неинформативно только. Но то, что отец Наташи занимается неким «укреплением» коттеджа, — а тот, насколько Владимир помнил, и так был отнюдь не аквариум и не витрина; причём вплоть до нанятой охраны и стальных навесных ставней на окнах, о чём тоже упомянула Наташа, — а его отец, получается, так вот просто бросил свой дом, с ценностями в сейфе и с немытой посудой в раковине, — всё это усугубило и без того мрачные его предчувствия.

Явно что-то случилось. Чтобы это понять совсем не надо быть Штирлицом.

Ладно, продолжим.