2
0Поэтому они от чистого сердца желали ей избежать всех грозивших опасностей.
Анаксимед помог Ювентине сложить вещи в двуколку.
Кувшин с водой, чтобы он не раскололся во время дорожной тряски, один из рабов поместил в специальную корзинку.
Потом Анаксимед запряг в повозку Адаманта, и примерно за час до полуночи Ювентина покинула виллу, благословив ее обитателей за их доброту и участие.
Ювентина погнала лошадь напрямик через луг, затопленный водой.
Выехав на дорогу, она вскоре добралась до того места, где рос замечательный своими размерами вековой дуб, привязала Адаманта к росшему неподалеку молодому деревцу и отправилась на поиски раненого африканца.
Ей не понадобилось окликать его. Африканец сам вышел ей навстречу из зарослей, бормоча слова благодарности.
Он уже не надеялся на то, что дождется ее. Без нее он, вне всякого сомнения, был бы обречен на гибель. Вряд ли он встретил бы сострадание у кампанцев — они немедленно выдали бы его властям.
Ювентина сразу обратила внимание на то, что он называет ее «госпожой».
Когда они подошли к повозке, он клятвенно пообещал служить ей до конца своих дней.
— Как твое имя? — спросила Ювентина.
— Сирт, госпожа. Так назвал меня мой первый господин, привезший меня в Италию еще мальчишкой из Карфагена. Отец мой был богатый ливиец, а мать бедной эфиопкой, его рабыней-наложницей… вот все, что я знаю о своем происхождении. Но прошу тебя, доверься мне, добрая девушка. Я не какой-нибудь варвар, который…
— Сначала, Сирт, займемся твоими ранами, — прервала его Ювентина, доставая из повозки кувшин с водой и чистое тряпье, которым снабдил ее Гиппий, узнав, что беглец ранен. — Будет плохо для нас обоих, если раны твои воспалятся в пути. Что тогда прикажешь мне с тобой делать?
— О, не беспокойся, моя госпожа! Главным достоинством моим всегда было железное здоровье. Его не сломили ни нужда, ни лишения, ни розги надсмотрщика…
— Это хорошо, но подлечить тебя не помешает, — говорила Ювентина, начав снимать с него грязные, пропитанные кровью и присохшие к ранам повязки. — Придется тебе немного потерпеть…
— Ты не услышишь от меня ни звука, — мужественно пообещал Сирт.
Ювентина стала осторожно промывать африканцу раны на груди водой из кувшина, одновременно слушая его рассказ о том, как ему удалось спастись во время избиения беглецов капуанскими обывателями, устроившими им засаду у реки.
— Кое-кто бросался в реку и плыл к противоположному берегу, только там их поджидали казилинцы с дубьем и рогатинами. Что мне оставалось делать? Я решил прибегнуть к старому способу, который не раз использовал, скрываясь от облав в Помптинских болотах.
