2
0«Для таких солдат и победа не в славу, ни бегство не в укор», — откровенно сказал Гельвинован в разговоре с Лукуллом, видимо, вспомнив о недавнем поражении своего военного трибуна, едва не попавшего в плен к мятежникам (надо сказать, Цезон Рабулей скромно умолчал о том, что почти всю ночь напролет после позорного бегства капуанцев он играл в кости с самим Минуцием, а префекту он рассказал, что ускользнул от захвативших его беглых рабов, воспользовавшись их беспечностью).
Вольноотпущенник Деметрий, сообщивший претору ценные сведения обо всем происходящем в лагере повстанцев, особенно о появлении там осужденного фрегеллийца Квинта Вария, тайком вернувшегося из изгнания, не узнал самого важного — того, что бывший квестор Фрегелл в беседе с Минуцием предложил ему, не теряя времени, двинуться на юг Италии, с тем чтобы переправиться в Сицилию, где, как он уверял, тысячи рабов готовы взяться за оружие — не хватает только вождя.
Минуция это предложение заинтересовало, хотя он ни при каких обстоятельствах не хотел уходить из Италии. Он все еще надеялся, что ему удастся привлечь к себе свободных. Теперь этому должно было способствовать нашумевшее в свое время имя Вария. О нем италики хорошо помнили.
Тем не менее идею фрегеллийца о походе в Сицилию Минуций полностью не отверг и договорился с ним о том, что немного позднее, когда численность восставших достигнет восьми-десяти тысяч человек, можно будет послать на остров двухтысячный отряд с храбрым командиром во главе — этого, как они оба считали, будет достаточно, чтобы там вновь разгорелась рабская война, затухшая всего двадцать с лишним лет назад.
Об этом плане Минуция и Вария претор узнал позднее и, весьма встревоженный, отправил письмо сицилийскому наместнику Публию Лицинию Нерве, предупредив его об опасности, нависшей над провинцией.
Квинт Варий, последний квестор разрушенных римлянами Фрегелл, действительно пользовался широкой известностью в италийских общинах. В описываемое время ему уже было пятьдесят три года. Его считали героем и мучеником за общее дело италиков.
После подавления фрегеллийского восстания римляне отвезли его в Рим и там судили. Ему был вынесен смертный приговор, но его спасли гракхианцы, уговорившие одну из весталок как бы ненароком преградить путь осужденному, которого после суда должны были повести на казнь в Мамертинскую тюрьму.
Гай Гракх и его друзья не сомневались в том, каким будет приговор мятежному квестору Фрегелл, поэтому они обо всем позаботились заранее. По древнему римскому обычаю осужденный на смерть получал помилование, если встречал на пути к месту казни жрицу Весты.
Все произошло именно так, как задумали гракхианцы.
