0
0— Верно ли я понимаю, что вы, сержант, на основании личной неприязни, отказываете в выдаче минимального боевого довольствия соратникам инквизитора? — не собираясь отступать, спросил я. — Полномочия превышаете?
— Да ты… — сжав кулаки вновь проговорил завсклада, став пунцовым. Но сдержался, что-то себе в голове обдумал и скрылся за стеллажами, а через минуту бросил перед нами глухо звякнувший мешок и три обреза однозарядных винтовок со спиленными мушками. — Всё. Больше я вам ничего не должен.
— Куда⁈ А расписаться? — ехидно поинтересовался он.
— Да не вопрос. Хоть все три на меня запиши, — ответил я и, дождавшись, пока он заполнит форму, расписался по диагонали, заняв три строки. — Удачи тебе, чтобы в случае опасности верные товарищи пришли тебе на выручку.
— Ничего. Придут. Не все такие гордые, — усмехнулся завсклада, и, забрав нехитрые пожитки, мы вышли восвояси.
— Зря ты, ваше благородие, влез, — сокрушённо покачал головой Иван. — Ну поорал бы он пять минут, у меня бригадир и пуще орёт. Ничего, уши не завяли. А после взрывов так вообще не ор, музыка!
— Ага, записали бы на тебя эту пропажу, а потом из жалования вычитали, — едко усмехнувшись, проговорил Манулов. — Десять циклов.
— Это у вас, заводских, чуть что — сразу из жалования вычитать, а тут фронт.
— Я городской, — недовольно нахмурившись, ответил Васька.
— Нам-то не гони, — на автомате сказал я и невольно улыбнулся. — Ладно, патроны поделить, поровну. Умыться, привести себя в порядок, если надо — в медчасть. Пока можете отдыхать, вряд ли наша помощь понадобится в ближайшие часы.
— А ты, командир? — покосившись уточнил Манулов.
— То же самое, только в штаб вместо отдыха, — ответил я, сковырнув с шеи кровавую чешуйку. — Надо доложить о произошедшем, посмотреть, какие есть планы и вообще… а вы пока главное правило геометрии на службе выполняйте.
— Это какое? Я что-то о таких не слышал…
— Серьёзно? Ну может, и не дошло до вашего времени — любая кривая короче прямой, проходящей рядом с начальством. Ну или — не хочешь работать, не попадайся на глаза руководству.
— О, это по-нашему, — заулыбался довольный Манулов. — Мы пошли!
— Хотя, куда вы денетесь с подводной лодки, — усмехнулся я, когда боевые товарищи свернули к душевым. Я вначале сходил в туалет, затем взял бельё со своего спального места и только потом отправился в душевые.
Когда вода в сливе порозовела, с удивлением подумал, что многовато крови с меня натекло, вроде открытых ран нигде не получал. Только потом дошло, что в зеркало себя не видел, а кромсать заражённых пришлось в рукопашную, и кто знает, сколько на мне осталось их ошмётков и засохшей крови. Представил, как выглядел пред завхозом, и даже удивился его храбрости. Затем вспомнил неожиданный поцелуй от Жанны… гхм.
